Я могла бы сказать тебе уйму слов:
Как болит, нарывает, кровит и стонет.
Босса-нова моих в никуда шагов,
Что играет на лестнице в полутоне.
Ничьих рук на мне, слышишь, отныне нет.
Ничьим голосом мой не трещит мобильный.
Только холод. Сомнения. Грусть и бред.
Бред немыслимый и невозможно сильный.
Мы так долго по правилам ткали век,
Что «давай навсегда» превратилось в перья.
Сколько может без воздуха человек?
Удивительно дольше, чем без доверия.