Boris Gurevich

Приходит мудрость с возрастом. Ой, вэй!
И я живу, тем ожиданьем мучась.
Боюсь, что и меня постигнет участь
С годами стать мудрее, чем живей.

Я люблю тебя Россия,
Только гложет мысль одна —
Нерастраченная сила,
Где там пряталась она?
Это сколько же веками,
(Но ведь есть всему предел)
Ты своими же руками
Недоделывала дел.

Сколько ты не допахала,
Не досеяла полей?!
Сколько ты перестрадала
От неправедных идей.
Чем гордиться, лучше злиться.
… показать весь текст …

«В доме восемь дробь один,
На заставе Ильича»
Жил невзрачный господин
По кликухе «Каланча».
По повадкам — из матёрых,
По прикиду — не пижон
У районных рекитёров
Был в авторитете он.
Говорят, сидел когда-то,
(Подловил какой-то мент).
А сейчас у депутата
Самый главный референт.

Вот такие жизни главные картинки,
Лучше даже не придумал б и Шекспир
Стал героем, Фрейд, растёгнутой ширинки,
А Альцгеймер — незастёгнутой кумир.

Не обязательно уметь откладывать яйца, чтобы о них заботиться

Ни ухищренья визажистов, косметологов,
Ни страсть в глазах, ни обручальное кольцо,
Не отвлекают от работы гинекологов.
Для них ведь женщины — все на одно лицо.

Однаждлы весною, карабкаясь в гору,
Один мужичок с ноготок вспоминал,
Как в этом же месте, но в зимнюю пору
Он нахер Некрасова чуть ни послал.

Страницы жизни часто пишутся в кавычках;
Их не сотрёшь, и не переписать.
Привычка жить — хорошая привычка,
И от неё не надо отвыкать.

Ну, что писать? Об этом кто не знает,
И это не такая уж беда,
Мужик в России долго запрягает,
Потом несётся птицей… не туда

Снится ночами старушке «Авроре»
Радость побед, поражения горе.
Ласки зелёной волны за волной,
Песни матроской души над кормой.

Белая пена хмельного прибоя.
Белых перчаток следы мордобоя.
В серую краску защитная бронь,
Кубриков душных привычная вонь.

Но чаще ей снится последний поход.
Санкт-Петербург и семнадцатый год.
Рвущихся к власти, подлец к подлецу,
И непонятный всем залп по дворцу.
… показать весь текст …