Соня Ангел

Шепчу в раковину уха —
Разлагается весь мир и под желтыми коврами
Поглотив в себя туман из низин
Насекомых ловим ртами.
Рвать бы нити — да прочны
Толкование до дрожи однозначно,
А воздушная стена —
Как душа оголена. И прозрачна.
Призрачна! И рухнет
Может поздно. Может рано.
Разве люди? Нет. Кто же, кто?
Ведь всегда на ране рана.
Этот желтый цвет разлучный
Легкокрылых листьев — под итог
… показать весь текст …

Я скучаю по тем уходящим моментам
Когда радость была постоянным клиентом
Когда был героиновый блеск просто снегом
Было синее морем, а белое небом.
А все лучшее в сердце улыбкой светилось
Счастье было прочней, от падений не билось
Где любовь не имела концов и сомнений
И где вновь на домашний звонит мне Евгений.

Пишу по воздуху дрожащею рукою
Что мы от злобной повседневности сгорев
Почти пропав, почти разрушившись, истлев
Из моря выкатились новою волною

Где старость мысли — увлекательный роман
Саму себя узнать уже не в силах
И по каким отпетым судьбам нас носило
И нет там шрамов, где не помнят ран.

Наши вульгарные «Шесть»
И глаза словно небо Италии
Сколько похоти можно прочесть
В этом легком объятии талии.

Поднялась на носочки, тянусь
Целовать эти губы прекрасные
Я ее ненавижу. Клянусь.
Но какие манящие, красные…

И опять по холодным шелкам…
Томным амбровым плавится кожа
И назло этим темным силкам
Покидаю опять ее ложе.

Спасибо! За все тебе спасибо!
За звук шагов твоих из непроглядной мглы
За жар объятий посреди зимы
Что рядом был не вопреки, а ибо…

Что ты молил за нас во тьме, во свете
Что ты молчал — и золото за то!
Как никогда в душе моей светло
Как на изломе неба при рассвете…

Аккорд гвоздики остывал
Под сводом сумрачной прихожей
Фонарь свой алый свет бросал
Поспорим: Сколько память может?

Красивой женщине название «Небожитель»
Свое паломничество в мир не осознав
Ты инквизитор. А я правил разрушитель
И ты убил, в этой стене замуровав…

Орудие убийства не хранишь
И благовонья дым легко стелился
В прихожей на коленях ты стоишь
Почти кричишь: Прости что отступился!

Совсем чужие… Но как прекрасен ты!
Наш Петербург влюбленная пустыня
И не развеять дождь… В отсутствии любви
Я все равно ее безумная рабыня.
И выжигают сердце мне масла
И плоть от плоти… Сокрушим
И кровь от крови… Отпускаем
Все то, чем без стыда грешим.
Где лето, ставшее дождем
Проходит… Осень создал гений!
Где сердце, ставшее огнем
Мужчина ставит на колени.

Мне кажется, что обнаглела ночь
Объятьями ломая мне предплечья
Прощалась, но не уходила прочь
Все любовалась, сука, на увечья.

Мне кажется, что время истекло
И здесь всю жизнь доказывать я буду
Что прошлое — лишь битое стекло
А ем теперь из целенькой посуды.

Мгновенья отбирать у темноты
А ликом — Госпожа. Душой — Воровка
Колодец прошлого бездонный — это ты Зачем удача? Коли есть сноровка…
На боль и радость распадаться вновь
И от Кутюр белье падет чернея
Мы тосковали, ощутив любовь
Поверить, и, принять, ее не смея.
Абстракция природного кольца
Рука моя скользнула по щетине
Рассыплюсь табаком. Дымят сердца
Сгорая в этой ветреной пустыне.

Кто сложил не так?
Осыпаются бутоны. Мне рассветный сад
Ландышем дыхнул. Под стоны
Птиц спускаюсь в ад.
А весна вокруг бликует!
Догорают очаги. Только тлеющий парфюм
Исчезает. Эта горечь… Я не крикну: «Помоги!»
И так страшно полон трюм…
Терракотовые розы — не шипы
Рвали мимолетность мига — а воды
Мне по горло. Выше. Нет мне брига
И я мру на все лады.