23 февраля 1990 года — 30 лет назад в городе Таллин умер замечательный поэт и человек Давид Самойлов.
Сегодня День Памяти.
В 1938—1941 годах учился в МИФЛИ (Московский институт философии, литературы и истории). Первая поэтическая публикация Давида Самойлова благодаря его педагогу Илье Сельвинскому появилась в журнале «Октябрь» в 1941 году — стихотворение «Охота на мамонта» было опубликовано за подписью Давид Кауфман. Его товарищами и соучениками в ту пору были Л. Маркович (Лунгина), поэты С. Н…
… показать весь текст …

Красиво падала листва,
Красиво плыли пароходы.
Стояли ясные погоды,
И праздничные торжества
Справлял сентябрь первоначальный,
Задумчивый, но не печальный.

И понял я, что в мире нет
Затёртых слов или явлений.
Их существо до самых недр
Взрывает потрясённый гений.
И ветер необыкновенней,
Когда он ветер, а не ветр.
… показать весь текст …

Традиционный застой — устоявшаяся традиция.

А мир вокруг кружился колесом, и водостоки вверх дышали паром. Такая, полуявь и полусон.

Семён то шёл, то полз домой из бара.

Казалось, что он в сказочном лесу: вокруг летали маленькие эльфы, волшебный порошок свербил в носу, и след тянулся алкогольным шлейфом.

Семён себе казался королём. А город был ему подвластным царством. И все таким прекрасным было в нем! И сам Семён был дьявольски прекрасным!

А мимо по бульварному кольцу неслись в каретах пьяные принцессы. Хлестали больно ветки по л…
… показать весь текст …

Антуану де Сент-Экзюпери
_____

Вот он красивой железной птицей
падает… падает,
нет, садится (!)
в облако, в озеро, в топь, в пшеницу
и оставляет след
паники —
в памяти,
в ликах… в лицах,
в небе Испании, Чили, Ниццы.
Аэромания на страницах
самых больших газет.
… показать весь текст …

Жизнь должна быть путешествием до могилы не с намерением прибыть в сохранности и красивом, хорошо сохранившемся теле, а скорее въехать с заносом, в клубах дыма, полностью вымотанным и изношенным, громко провозглашая — «Вот это поездка!»

У каждого были причины свои:
Одни — ради семьи.
Другие — ради корыстных причин:
Звание, должность, чин.

Но ложно понятая любовь
К отечеству, к расшибанью лбов
Во имя его
Двинула большинство.

И тот, кто писал: «Мы не рабы!» —
В школе, на доске,
Не стал переть против судьбы,
Видимой невдалеке.
… показать весь текст …

Родные мои — те, что на небесах, —
Меня охраняя, стоят на часах,
Меня охраняя и оберегая,
Мне выжить на этой земле помогая,
Заботой своей облегчая мне дни.
Не знаю, как делают это они,
Не ведаю, как это им удаётся,
Но чувствую я, что мне легче идётся,
Поскольку протянута издалека,
Откуда-то свыше родная рука.

Девочка, не знающая Блока,
Не читавшая его волшебных строк,
Кажется мне жалкой и убогой.
Я б такую полюбить не смог.

Мальчик, не читавший в детстве Фета,
Не слыхавший тютчевских стихов,
Кажется мне комнатой без света,
Пустошью для диких лопухов.

Я не знаю, кто повинен в этом.
Пусть живут для блага своего.
Я бы никогда не стал поэтом,
Если бы их было большинство.
… показать весь текст …

Рассвет приходит к тем, кто видел тьму
Во всём её убийственном величии…
Кто плакал от людского безразличия,
Но безразличным не был ни к кому!
Рассвет приходит к тем, кто был в пути,
Не зная ни усталости, ни лени.
Кто, обессилев, падал на колени,
Но, поднимаясь, продолжал идти!
И, зажимая волю в кулаки,
Вдруг находил ромашковое поле,
И, задыхаясь от щемящей боли,
Свои ладони прятал в лепестки…
К тем, кто, похоронив свои мечты,
И, помянув их, устремлялся дальше.
… показать весь текст …