Любовь Козырь

Минуты шли, врезаясь в память
Так беспощадно и сурово.
Порой молчанье может ранить
В разы больней, чем злое слово.

Тупая боль в груди — учитель века,
Извечный спутник слёз и нервной дрожи.
И если боль не учит человека,
То он не просто глуп, а безнадёжен.

Мне хочется кричать, но город глух
К таким, как я, потерянным прохожим,
Кто жалкой половинкою от «Двух»
Не мыслит, не желает и не может.

Мне хочется спросить, но город нем,
Он пялится мне в спину фонарями,
А я под грузом собственных проблем
Бреду в метро, не шаркая ногами.

И, мыслями выкладывая стих,
Я вслушиваюсь — в плеере Бетховен…
Мне хочется кричать… А город тих,
Наивен и по-детски невиновен.

Город нем, безоружен, готов ко сну,
От мороза впадая в кому.
Если ты задержал у себя весну,
То она не пришла к другому.

Границы обозначены пунктиром,
Борьба идёт нон-стоп. Но, к сожаленью,
Усердней мы воюем с внешним миром,
Чем со своею внутреннею ленью.

Есть душевный предел, где находят покой миражи,
Относительно всё: идеалы и верность решений.
Очень просто быть честным, когда нет причины для лжи,
И легко быть святым, если ты не встречал искушений.

При слиянье судеб воедино
Выдержка пропорций — штука та ещё:
Важно быть структурной половиной,
А не безымянной составляющей.

Проблемы настигают, куда не побеги,
Но ныть и расслабляться ни капельки нельзя.
А в жизни ведь бывает, что общие враги
Сближают даже лучше, чем общие друзья.

Даже если колени вот-вот подогнутся от слабости,
А душа исцарапана в кровь серебром полумесяца,
Не спускайся до планки людей, извергающих гадости,
Улыбайся в ответ, и пускай неприятели бесятся!

На самой грани ясности рассудка
Я взгляд топлю в остывшей кружке чая.
Твоё «прости» звучит почти как шутка,
Но только абсолютно не смешная…