Шла девушка прекрасная как фея,
Шаги она вдруг слышит за спиной,
И оглянувшись, видит, что робея,
За ней идёт мужчина молодой.
Скажи — зачем преследуешь меня?
А он пред нею преклонил колени —
О свет очей, любовь, мечта моя,
Прекраснейшее изо всех творений!
Я много видел, опытен в любви,
Подвластны мне приёмы обольщения,
Но я влюблён и умоляю, не гони,
Я жизнь тебе отдам без сожаления.
Она дослушала, в глаза ему смотря —
Мне над тобой совсем не надо власти,
… показать весь текст …

Однажды он произносил речь на городской площади. Его никто не слушал.
Тогда Диоген начал «верещать по-птичьи» — издавать резкие и неприятные бессмысленные звуки. Вокруг сразу собралась сотня зевак.

«Вот, афиняне, цена вашего ума, — сказал им Диоген. — Когда я говорил вам разумные вещи, никто не обращал на меня внимания, а когда защебетал, как неразумная птица, вы слушаете меня разинув рот».

Однажды император Ю почему-то решил отправиться на поиски счастья, и, прежде, чем пуститься в путь, зашёл попрощаться к королеве Рэ. Он нашёл её в беседке, где она, как обычно по вторникам, занималась изучением науки о происхождении слов. Когда королева Рэ узнала о его намерении, она ненадолго задумалась, и через некоторое время сказала:

— Удивительно, я только что обнаружила, что слово «счастье» происходит от слова «часть». И если это так, то, возможно, стремление к счастью следует понимать как объединение со своей частью.

— В таком случае, — продолжил её мысль император, — я отправляюсь за недостающей частью себя. Где же мне найти то, что вновь сделает меня целым?

Сказав это, он вздохнул и опустил глаза. Королева смотрела на него ласковым взглядом и наслаждалась тем, как части сливаются в целое. Затем она поднялась, приблизилась, и, нежно обняв его, прошептала:

— Я не знаю, что сделает тебя целым, но, быть может, ответ на этот вопрос скрывается в слове… «поцелуй»?

Обычно Мастер не был словоохотлив, но когда речь заходила о чарующей силе слов, он становился красноречивым:
— Берегитесь слов, — говорил он, — как только вы расслабитесь, они начинают жить своей жизнью; они будут слепить вас, гипнотизировать, терроризировать, — они уведут вас от реальности, которую обозначают, — заставят думать, что они и есть действительность.
Мир, который вы видите, — не Царство, что видят дети; ваш мир фрагментарен, разбит на тысячи частей вашим словом…
Будто каждая волна океана независима и существует отдельно от самого океана. Когда слова и мысли затихают, Вселенная расцветает — она реальна, целостна и едина — а слова становятся тем, чем они должны быть: партитурой — но не музыкой, меню — но не едой, указателем на дороге — но не окончанием пути.