На целый том стихами ни о чём
Ты запросто, как шлюха, разродился —
Что делать, ты поэтом не родился,
Как, впрочем, ни пилотом, ни врачом…

Ты кем-то стал бы, только вот беда —
Всё это долго, как бы — покороче,
К примеру, тиснуть в книжку сотню строчек,
И — слава, без особого труда!

Найдётся критик, что запустит в свет,
Надёргав самых непонятных строчек
Из междометий, запятых и точек
Твой пошлый «труд» — и ты уже поэт!
… показать весь текст …

Да что вы знаете?
Лишь то, что кажется,
Лишь то, что видится,
И то, что вертится.

Не представляете,
Что жизнь размажется
Когда продвинется
Подруга-смертница.

Да что вы пялитесь
На баб накрашенных,
На тел накаченных
Мышцу огромную?
… показать весь текст …

О главном громко не кричат,
А задыхаются ночами,
Ломая занавес печали,
Глотая чувственности яд.

И ранит словно острие,
И оттого бывает страшно:
Как будто вниз с высокой башни,
Летит неверие мое.

О главном принято молчать,
Когда перекрывает воздух
И в горле ком, а в сердце возглас
О том, что хочется сказать.
… показать весь текст …

Нам в юности так хочется страстей,
Скандалов громких, жарких примирений.
Чтоб на спине узоры от ногтей
И вместе в бездну третьих измерений.
Да, в юности ты слушаешь слова
И веришь им, конечно, очень-очень.
И так легко кружится голова,
И так легко забыть запреты ночью.

И лишь став старше ценишь за дела,
В поступках измеряешь свою нужность.
И хочется не жара, а тепла.
Влечёт родство души, а не наружность.
Став старше, рядом хочется того,
… показать весь текст …

Вот книга жизни — смотри скорее, работа, школа и детский сад. В четыре варежки руки греют, а в шесть — подпалины в волосах. В двенадцать снова принёс четверку, в пятнадцать гром за окном гремит, в семнадцать хоббиты, эльфы, орки, бежать, срываться, стучать дверьми. На той странице — мотало, било, бросало на остриё меча…
На этой — сохнут еще чернила. В ней нету «было», в ней есть «сейчас».
На этой — сонный июньский город, нырять, дрожать в ледяной воде, кататься в парке, мотаться в горы, быть всю…
… показать весь текст …

Когда вы все ушли, остался звук. Осенний мир в оконном горизонте, часы, ключи и неисправный зонтик, и сны, что происходят наяву. Остался звук, но выцвели слова, отныне нет знамений и пророчеств. Я постигаю тайны одиночеств, отринутости каждого из вас. Слова бледны, болезненны… Молчим. Строка теперь не терпит ударений.
Теряешь все — слова, людей и время.

И неисправный зонтик.

И ключи.

в лагере шумно с приходом ночи, люди садятся тесней к костру.
только один покидает прочих, выйдя спиною за светлый круг.
вязнут шаги в непроглядном мраке, запахи тонут в речной воде,
дождь замывает следы собаки, прочно застрявшей среди людей.

Дин из особой, стальной породы не одичавших и не ручных —
тот, что с людьми коротает годы, внешне считаясь одним из них.
тот, кто себе и палач, и лекарь, ловит снежинки остывших слёз…
в среднем, на тысячу человеков будет такой одинокий пёс
с парой колючек (в душе и в лапе), чтобы ни выкусить, ни слизнуть.
лес зарывается в шорох капель.
Дин засыпает, обняв сосну.

Дину приснится бродячий ветер, петли дороги и сизый дым,
… показать весь текст …

… Тишина не даёт мне шанса, но прошу: говори со мной.
Всё доступное мне пространство заполняется тишиной,
Тишина помогает выжить, но масштабы её растут,
Тишина стала даже ближе, чем неровный сердечный стук.
… Вот стоит она у порога, вот склоняется над плечом.
Говори со мной, ради бога, и неважно уже, о чём,
О смешном или о печальном — только, главное, говори…
А иначе моё молчание
разорвёт меня
изнутри.

Вот она выдыхает: «уже тяжело молчать, дай мне знак — звонок, один поворот ключа, дай мне лишнее слово в наш полуночный чат, я начну тебе отвечать. Я начну говорить с тобой, видеть тебя иным, отличать от тысячи пасынков той весны, что растет за моим окном, проникает в сны, состоит из этой искрящейся тишины. Я была немой, но больше я не могу. Дай мне слово лечь ударным в мою строку. Дай мне южный город — Тбилиси или Баку, дай мне ветер на берегу. Я хочу говорить с тобой всем, что дарует мир — адр…
… показать весь текст …

каждый второй считает себя
ненужным,
каждый третий страдает
тактильным голодом.
просто так Земфиру ночами не слушают
в оковах нелюбимого серого
города.
каждый четвёртый страдает
бессонницей,
каждый первый скрывает, что
в мыслях кроется.
просто так стихи не пишутся и не воются,
просто так люди суками не становятся.
просто так не появится
… показать весь текст …