настя

жена на рынке людоеду
купила свежих овощей
егора на салат, а свету
для щей

Да, туповата — это минус,
но знаю это — это плюс.

а спать на нашей кухне лучше
сказал российский дипломат
перенося лицо из суши
в салат

Проблем с логистикой не знает
артель «Кукуевский топор».

сказал учитель я надеюсь
вы мирный и спокойный класс
кладя в стакан вставную челюсть
и глаз

Небритый потрёпанного вида следователь сидел на элегантном чёрном диване и мелким профессиональным почерком заполнял протокол осмотра места происшествия. На журнальном столике кроме собственно протокола находились пустая литровая бутылка водки и два мутных гранёных стакана, что и было занесено в документ. Упавшие с комода часы показывали пять утра.
— До утра бухали, — сказал следователь. — Надо же, такая приличная вроде дама, а жрала водку как эксперт какой-нибудь затюканный.
— Четвёртый номер,…
… показать весь текст …

Письмо Стаса

Здорово, Билли, штопаный кондом.
Я заглянул вчера в почтовый ящик —
там прошлое лежало в настоящем…
Твоё письмо, пришедшее к нам в дом,
я прочитал — уж больно интересны
записки жопы, занимавшей кресло,
а вместе с ним — овальный кабинет
в столице Пиндостана. Кабы не _
воздержанность моя и чувство такта,
то я б не церемонился с тобой,
послал бы вдаль и все дела, вот так-то…
Ты знаешь что, стареющий плейбой, —
… показать весь текст …

«Ну как?» — спросила Анастасия, дочитав.
«Боже, какая хрень" — подумал Афанасий. — «Но как объяснить ей, что было бы стократ лучше, если б то же самое, но прозой… Быть может, ей удалось бы тогда ввернуть хоть один деепричастный оборот, хоть одно небанальное сравнение, не испохабленное рифмой жить-пережить. Не пришлось бы втыкать для набора слогов эти ужасные «уж» и стопудово не возникло бы «чрез» вместо «через»…
Сделав над собой усилие, Афанасий напрягся и сказал: «Неплохо, да что там скрывать — очень недурно».
Анастасия довольно улыбнулась, чмокнула мужа в щёчку и пошла доваривать борщ.

ты волком степан на меня не гляди
поостерегись междометий
есть место под купол ещё на груди
третий

У него был подозрительно низкий ай-кью,
но такое логически не объяснимое обаяние,
что когда он звонил: «Приезжай, вторую неделю пью»,
я, отринув дела, оставив семью,
обезбашенно, словно бы я — не я,
вспоминая обсценщину, шла к нему на заклание.