настя

по взглядам глеба и по вздохам
стас чуял чтото здесь не так
хотя халявный шёл неплохо
коньяк

что весы сломала
строго не суди
у меня гранитный
камушек в груди

училась в институте связи
но невзирая на диплом
стою в салоне и торгую
эпплом

иммануил в пустой квартире
посеял семена добра
взошли тахта и телевизор
и бра

в углу шептались аколиты
настолько жаден был кюре
что не проставился на пасху
а пре

со мною нужно человеку
быть постоянно начеку
я на любое кукареку
скажу своё кукареку

вот ты порфирий снова с бабой
а баб возить в такой мороз
кобыла не рекомендует
и воз

Участвуя в глумлении толпой,
не надо забывать, что ты — не птица,
и стоит наебнуться — над тобой
толпа избитых вдоволь поглумится.

Пересчитаны стены — их снова четыре, пересмотрены сны не проснувшихся дней, переписано всё, даже вся в этом мире, моросит скучный дождь в королевстве теней. Эпатажная группа распалась на взлёте — кто-то вверх, кто-то вбок, кто-то камнем на дно, и забили быстрейшего в мире* на всё те, с кем, казалось, всю жизнь провести суждено. Не мелькают привычно знакомые лица, отдалились, отторглись, поставили крест, в телевизоре грустно вещает столица про какой-то в Гадюкино лопнувший трест. Даже смелая тема стократно избита, гонит каждый своё — кто первач, кто пургу, и известно давно, что откинешь копыта, а об этом, увы, в новостях ни гу-гу. Подкосились забитые тропами ноги, генералом не стал бесшабашный корнет, и покинуть пора душный короб берлоги, только стимула нет,

и желания нет.

*Быстрейший в мире — У. Болт

выну из подполья
дедушкин наган
не возьмёт без боя
злобный эрдоган