Eugene Ryabyi

Хочешь быть писателем, но таланта нет — иди в журналисты.

Когда боль сжигает изнутри — человек или погибает, или возрождается, словно птица-Феникс.

Смерть, как и ангел хранитель, всегда возле человека, и в любое мгновенье кто-то из них окажется сильнее.

Когда попадешь в переплет — тогда буквы закона выстраиваются в уголовный кодекс.

Ничто так не оставляет черные следы на репутации человека, как желтая пресса.

Жизнь человека напоминает путешествие в поезде; в детстве состав идет через цветущие весенние сады, в среднем возрасте — через летний зной, в старости в окна стучат капельки осеннего дождя, а в самом конце — прибывает на станцию вечность, наполненную морозной безмятежностью.

Для завистников чужое счастье — бельмо на глазу, а горе — радуга, когда загадывают желание, чтоб стало еще хуже.

На спектакле жизни удачливые люди играют роли на сцене, а все остальные — сидят зрителями в зале.

Горе разума в том, что он и в простом найдет сложное.

Книга жизни человека становится сборником сказок — когда на её страницы ложатся воспоминания о путешествиях в заморские страны.

Эгоист любить не умеет, — только играет в любовь.

Стареть не страшно, — страшно терять молодость.

Мир с высоты птичьего полета кажется хрупким и невинным, но стоит спуститься вниз, как картину идиллии портят людские пороки.

Искусный лжец оголяет только красивые стороны правды.

Носишь маску — доживешь до следующей пасхи.
***
Чтоб не воскреснуть после пасхи — надень скорее маску.

Обиженный человек, словно вулкан, готов в любой момент обрушиться на обидчика испепеляющей лавой.

Красота не сделает из человека Бога, но заставляет молиться, чтобы к ней прикоснуться.

Сплетни слушать — себя не уважать.
Сплетни слушать — чужой грязью себя замарать.
Сплетни слушать — драгоценное время жизни терять.

Высокомерие — бракованный высотомер из-за которого легко разбиться.

Когда у ангелов появляются деньги — они в погоне за мирскими благами становятся демонами.