Чак Паланик

Я хочу выглядеть честным. А правда- она не сверкает и не блестит.

Только по смерти мы обретаем имена, потому что только по смерти мы более не являемся частью общей воли. По смерти мы становимся героями.

Никто из вас не отличается красотой и уникальностью снежинки.

Когда мы не знаем кого нам ненавидеть, в нас появляется ненависть к себе…

Для них женщина — либо шлюха, которую надо трахать, либо заколдованная принцесса, которую надо спасать. Всегда — некий пассивный объект, предназначенный для достижения мужских целей.

В этом мире нет ничего вечного. Все потихоньку рассыпается.

Джордж Оруэлл ошибался. Большой Брат не следит за тобой. Большой Брат поет и пляшет. Достает белых кроликов из волшебной шляпы. Все время, пока ты не спишь, Большой Брат развлекает тебя, отвлекая внимание. Он делает все, чтобы не дать тебе время задуматься. Он делает все, чтобы тебя занять. Он делает все, чтобы твое воображение чахло и отмирало. Пока окончательно не отомрет. Превратится в бесполезный придаток типа аппендикса.

Большой Брат следит, чтобы ты не отвлекался на что-то серьезное. Но лучше бы он следил за тобой, потому что это значительно хуже — когда в тебя столько всего пихают. Когда столько всего происходит вокруг, тебе уже и не хочется думать самостоятельно. Ты уже не представляешь угрозы. Когда воображение атрофируется у всех, никому не захочется переделывать мир.

Воскрешение возможно только после полного саморазрушения.
— Только потеряв все, — говорит Тайлер, — мы обретаем свободу.

Только тогда, когда мы сожрём эту планету, Бог подарит нам другую. Мы запомнимся потомкам не тем, что создали, а тем, что разрушили.

Найди ценное в бесполезном. Рассмотри добро в том, что весь мир называет злом.

Когда я говорю «любить», я имею ввиду «любить» не в смысле «заботиться», а смысле «обладать».

Стоит только поднять голову,
посмотреть на звезды — и ты пропал.

А сейчас ты ещё раз расскажешь мне свою историю. А потом ещё и ещё раз. Ты будешь повторять одно и тоже на протяжении всей ночи. И тогда ты поймёшь, что теперь всё это всего лишь рассказ. Рассказ о прошлом. Осознав, что твои горести превратились в пустые слова, ты сможешь с легкостью плюнуть на всё, что было, и обо всём забыть. А потом спокойно решить, кем ты хочешь стать.

-Эй, да ты покрасила волосы!
— Да, ты ведь говорил, что у блондинок чаще бывает рак кожи.
— Ай да умница!
— Я решила, что лучше перестраховаться.

В мире нет ничего особенного. Никакого волшебства. Только физика.

Мы все умрем. Цель — не жить вечно, цель — создать вещь, которая будет жить.

Представьте бессмертие, когда даже брак длиной в полвека покажется приключением на одну ночь. Представьте, как моды сменяют друг друга, стремительно — не уследишь. Представьте, что с каждым веком в мире становится все больше и больше людей и в людях все больше и больше отчаяния. Представьте, как вы меняете религии и работы, места жительства и диеты, пока они окончательно не утратят ценность. Представьте, как вы путешествуете по миру из года в год, пока не изучите его весь, каждый квадратный дюйм, и вам станет скучно. Представьте, как все ваши чувства — любви и ненависти, соперничества и победы — повторяются снова и снова и в конце концов жизнь превращается в бесконечную мыльную оперу. Все повторяется снова и снова, пока рождения и смерти людей перестанут тревожить вас и волновать, как никого не волнуют увядшие цветы, которые выбрасывают на помойку.

Поколения работают на работах, которые ненавидят, чтобы покупать вещи, которые им не нужны

— Вот поэтому Моисей и увел племена Изралиевы в пустыню… Потому что они столько лет прожили в рабстве. Поколение за поколением, они учились, как быть беспомощными. Чтобы создать расу хозяев из расы рабов, сказал мистер Уиттиер, чтобы научить забитых, смиренных людей самих управлять своей жизнью, Моисею приходилось быть сволочью. (Чак Паланик. Призраки)