Артур Шопенгауэр

Чтo бы не гoвoрили, нo сaмoе счaстливoе мгнoвение счaстливoгo челoвекa — кoгдa oн зaсыпaет, a сaмoе несчaстнoе мгнoвение несчaстнoгo — кoгдa oн прoбуждaется.

В середине жизни мы уже близки к смерти.
Мedia vita sumus in morte. (А.Ш.)

Мысль о смерти вероломна: захваченные ею, мы забываем жить.
(Л.К.В.)

«Иметь в себе самом столько содержания, чтобы не нуждаться в обществе, есть уже потому большое счастье, что почти все наши страдания истекают из общества, и спокойствие духа, составляющее после здоровья самый существенный элемент нашего счастья, в каждом обществе подвергается опасности, а потому и невозможно без известной меры одиночества».

Мы называем цивилизацией мир, в большей части государств которого, для гражданской войны достаточно лишь дозволения простолюдинам защищать свою собственность от посягательств всеми доступными им способами.

В практической жизни от гения проку не больше, чем от телескопа в театре.

Любовь — большая помеха в жизни.

Любовь — маска на инстинкте продолжения рода.

Ложно присваивать себе какое-либо свойство, КИЧИТЬСЯ им-значит добровольно сознаваться в том, что у Вас его нет. Кичится ли человек своим умом, учёностью, остроумием, успехом у женщин, богатством, знатным родом или чем-то иным,-отсюда можно заключить, что у него как раз по этой части имеется некоторый недостаток, ибо кто Действительно обладает данным качеством, тому не придёт в голову подчёркивать и выставлять его напоказ.

Каждое дитя до некоторой степени гений и каждый гений до некоторой степени дитя.

Мы проживаем хорошие дни, не замечая их; лишь когда наступают тяжелые времена, мы жаждем вернуть их.
Мы пропускаем с кислым лицом тысячи веселых, приятных часов, не наслаждаясь ими, чтобы потом в дни горя, с тщетной грустью вздыхать по ним…

Скука сопутствует лишь тем, кто не знал иных наслаждений, кроме чувственных и общественных, кто не обогащал свой дух и оставил неразвитыми его силы.

Жизнь и сновидения — страницы одной и той же книги.

Жизнь наша, при взгляде на нее в начале поприща, кажется бесконечной, а при оглядке на нее в конце — очень короткой.

Как лекарство не достигает своей цели, если доза слишком велика, так и порицание и критика — когда они переходят меру справедливости.

Если жизнь что-нибудь дает, то лишь для того, чтобы отнять. Очарование дали показывает нам райские красоты, но они исчезают, подобно оптической иллюзии, когда мы поддаемся их соблазну. Счастье, таким образом, всегда лежит в будущем или же в прошлом, а настоящее подобно маленькому темному облаку, которое ветер гонит над озаренной солнцем равниной: перед ним и за ним все светло, только оно само постоянно отбрасывает от себя тень. Настоящее поэтому никогда не удовлетворяет нас, а будущее ненадежно,…
… показать весь текст …

Если бы все дело было в воспитании, то у мудреца Сенеки не было бы такого ученика, как развратный и жестокий разрушитель Нерон.

Ясный ум среди глупцов подобен человеку, у которого часы идут правильно, тогда как все городские часы поставлены неверно. Он один знает настоящее время, но что ему от этого? — весь город живет по неверно поставленным часам, в том числе даже тот, кто знает, что только его часы показывают верное время.

«Будущее скрыто от нас — не в настоящем, а в будущем. Время — это посредник между возможным и действительным.»

Самое действительное утешение в каждом несчастии и во всяком страдании заключается в созерцании людей, которые еще несчастнее, чем мы, — а это доступно всякому.

«Tолько кажется, будто людей влечет какая-то сила, находящаяся впереди них, в действительности их подталкивает нечто сзади.»