Я — такая, как есть,
И другою не буду,
Не по вкусу мне лесть…
Не придет ниоткуда
Ощущенье, что я
Больше прежнего стою,
А «звездить» и сиять
Без меня есть героев.
Ну, и что… Если мне
Это вовсе не важно…
Важно то, что в окне
Снова бьётся отважно
С темным ворохом туч,
Задохнувшихся снегом,
О чем трещишь, огонь, о чем поёшь,
Куда летят искрящиеся фразы,
И почему меня бросает в дрожь
От твоего гудящего рассказа.
И глаз мне невозможно оторвать
От пламени тревожного… не скрою,
Боюсь тебя — надумаешь гулять,
То кто удержит, за какой стеною.
Ты жизнь приносишь в наши очаги,
Но и лишить легко ты можешь крова,
То мы друзья с тобой, а то враги,
То ластишься, то обжигаешь снова.
Ты самая загадочная ветвь
На дереве у жизни… Непокорен,
Кто написал мне на родУ,
И кто маршрут такой придумал?
Иду куда-то всё, иду
По тракту, магистралям шумным,
По узким тропкам над рекой,
По зарастающим дорожкам.
И не стремлюсь искать покой,
Чтоб отдохнуть… хотя б немножко.
А хочется, чтоб по плечу
Была бы долго мне дорога,
Чтоб не гасила жизнь свечу,
И не судила слишком строго;
И ноги шли, и чтоб глаза
Всё видели и примечали…
Где-то там — далеко, где торосы седые и льды,
Где лучи лишь скользят, ни слезинки из снега не выжав,
И никто не оставит в целомудрии белом следы,
И не скрипнут по насту ни санки оленьи, ни лыжи.
Где-то там, где рождается холод, где зимы живут,
И откуда летят на зимовку к нам снежные птицы,
Где безмолвия век… только разве что, вьюги споют
На своём языке, пролетев в снеговой колеснице.
Где-то там, говорят, хоть никто не видал никогда,
Есть хрустальный дворец — ледяной королевы владенья,
Там не место живому, там иная мерцает звезда,
А в кривых зеркалах перекошены все отраженья.
И, не дай бог, из них разобьётся хотя бы одно,
И по тёплой земле разнесутся осколки, впиваясь —
И голуби не понимают,
Зачем тепло нас покидает,
А может быть, хотят узнать…
Но как им это рассказать?
Ну, как ты объяснишь пичуге,
Зачем зимой бывают вьюги.
Кому они необходимы?
Катились бы уж лучше мимо,
Не зацепившись… А мороз?
Зачем он нам кусает нос,
(ну, голубям «не нос», конечно)))
Зачем так лето скоротечно,
Зачем, вообще, зима нужна —
С ней жизнь сурова и трудна.
Снег-то какой на дворе повалил,
Будто он силы три жизни копил.
Будто припомнил свои недочёты,
Как весь декабрь просидел без работы,
С серым дождем подружившись навек,
Словно забыв, что он всё-таки снег.
Что и придумалось, что накатило,
Но вдруг набрался откуда-то силы.
Мама родная, как густо несёт,
Белым хвостом непогода трясёт.
Прячутся в белое снова дороги,
Будто хотят успокоить тревоги,
Прячутся крыши, и лес, и дома,
А почему, не пойму и сама.
Учусь я «шёпотом» ходить,
И «копытать», как конь,
И суп невидимый варить,
Воображать огонь:
Нельзя же настоящий жечь
На кукольной плите…
Учусь пирог из снега печь
И смешивать коктейль.
Ещё в сугробах норки рыть,
Под ёлкой строить дом,
Сначала серым волком быть,
А зайчиком потом…
Учусь тому, учусь сему,
Забыто всё давно…
Для чего дарована нам речь?
Чтобы говорить, чтоб объясняться,
Чтобы вместе строить и беречь
Наше человеческое братство.
Мы же врём, мы слишком много врём,
Нападая или защищаясь,
Потому неправильным путем
Движемся, всё время спотыкаясь
За свою же собственную ложь
На житейском уровне и выше…
Мир людской, когда же ты поймёшь,
Что друг друга сможем мы услышать,
Если будет точен наш рассказ,
Если факт изложим мы правдиво…
Ветер волен — нет преграды
Ни одной ему, и вихри
Кружат, если им так надо,
А не надо — тут же стихнут.
Не указ никто — свободен
Он всегда в своих стремленьях,
Нет границ ему в природе,
Дух его — венец смятенья.
Ветер нежен, если хочет,
Снимет жар с плеча, лаская,
Треплет волосы, щекочет,
Но чуть что, и улетает.
Человек ему не нужен,
Рвётся в вольную стремнину,