Стоял Кобзон и о мгновеньях пел,
Играл Таривердиев Микаэл,
А у окна Рождественский стоял
И изредка Кобзона поправлял:
— Постой-ка, Йося, кликнул он певца —
Ведь ты не спел про Господа Творца!
Написано же — ясно и ежу!
Ну что теперь Сухоцкой я скажу?
Какие к чёрту «пули у виска»?
Не песня, а зелёная тоска.
Ты, Йося, тут на жалость не дави,
Ведь Вероника пишет о Любви!