Дэвид Лазба

Мои чувства к ней можно назвать «любовью», но если назовете «ненавистью» — спорить не стану.

Любовь частенько бывает как красивый плод, но его необходимо почистить, чтобы съесть. И вот, когда ты наконец почистил, кусаешь и чувствуешь, что тебя обманули. Совсем не вкусно. Плод оказался горьким, отвратительным и несъедобным вовсе. Вот так и бывает: сегодня любишь, а завтра пихаешь пальцы в рот, чтобы выблеваться.

Ты всерьез думаешь, что есть люди, которым все безразлично? Нет. Просто кто-то об этом говорит, а кто-то молчит, зато потом рыдает в подушку. Люди, утверждающие, что любви нет — ошибаются. Они и сами об этом знают, просто однажды их обидели, и им пришлось ляпнуть, что любви в мире нет. Но это не так… Любовь существует! Как и ее срок годности.

Хочется любить, а не ненавидеть. Хочется иметь друзей, а не одноразовую посуду. Хочется жить, а не выживать.

Я уважаю взрослых людей, но иногда они перегибают палку. Да, они дольше прожили, вероятно, больше знают, но отнюдь морщины на лице и седые волосы не привилегия.

Ненависти в моих рассказах достаточно, да. Но я извлек ее из вас. Сгреб с ваших злых глаз и счистил с вашего гнилого языка, а затем швырнул на бумагу в надежде, что вы потом это прочтете и вам станет неприятно, а может даже и стыдно. Ведь ваши уста снова обрастут сквернословием, а глаза наполнятся грязью и ненавистью. А книги, плохие и аморальные, — зеркало вашей грязной души.