Андрей Ангелов

Исключение подтверждает правило. Иногда до такой степени, что само правило — становится исключением.

Я не жалуюсь, а делюсь. Это разные вещи.

Давить на жалость — это ещё более ужасное чувство, чем сама жалость.

Чтобы спасти дерево — не обязательно убивать бобра.

За всё надо платить, в том числе и за искренность. Самое прикольное, что расплата (реже оплата) происходит в самых неожиданных для тебя местах.

Если я буду разрабатывать своё направление, а вы — своё направление в смысле меня и вас, то вполне что получится мы.

(Из письма даме)

Грех никогда и ниоткуда не уходит за одно мгновение, его надо искоренять.

— Сможешь ли ты, Ангелов, отдать свою жизнь за кошку? — спросило Мироздание.
— Думаю, да. Хотя… и не геройски будет звучать, в «Википедии», — почти без колебаний ответил я. — И сие не пафос, поверь.
— Верю, — согласно кинуло Мироздание. — Ведь ты — это я.

Всё бессмысленно, включая саму бессмысленность…

Истинно, любая корпорация состоит из бесполых людей, несмотря на биологическое наличие там полов. Такова особенность корпорации.

— Параллельные миры хоть и похожи, но в главном, — подытожил пришелец. — Детали разнятся, и местами ощутимо.

Чем старше становишься — тем чаще в спорах вместо аргументов аппелируешь к опыту своего возраста.

Свобода — это самое страшное заключение! Человек всегда зависим: от начальников, жены, партнеров… от обстоятельств, законов, религии… От чужого мнения! И если ты все эти зависимости потерял — то значит ты — изгой. Ты объявил бойкот обществу… И значит — ты не будешь обществом съеден, переварен и переработан в био-личинку! Ты вне, ты — тлен. Человек часто мечтает о свободе, и иногда такие мечты воплощаются. Со мной было так — однажды я стал свободным. Но совсем скоро мне стало страшно. Каждый день свободы эволюционно низводил меня в разряд животного, я чувствовал это! И я убежал. И больше не мечтаю о свободе, боюсь. Ведь сильные мечты имеют свойство сбываться…

Ярость всегда рождается из мелочей, зачастую тебе самому не понятных.

Подлость не имеет шанса быть оспоренной. Как и сроков давности.

…Ленинский проспект — это моя жизнь, написанная самой жизнью. Именно там — моя юность кончилась вместе с иллюзиями, и я стал взрослым

— Это ж надо додуматься, — отправить Человека рулить преисподней, с его-то милосердием!

Нет ничего бесполезней, чем доносить миру о своей гениальности, из своих собственных уст. Время, как премьер-министр Бога, — лишь ехидно ухмыляется в данном случае. Ну, и флаг ему, значит… Аминь.

В небесах витать хорошо до тех пор, пока не ударишься головой о небесную твердь. И тогда ты с удивлением восклицаешь: «Какая твердь? Почему?.. Нам в школе говорили, что тверди нет, а есть космос»…