Я всегда находился на поясе. Вроде бы простое место, но для ремня оно было настоящим театром жизни. Я наблюдал за всем, что происходит вокруг, и, честно говоря, иногда это вызывало у меня легкую зависть. У людей, которых я опоясывал, были такие яркие чувства и эмоции, такие разнообразные судьбы. Я же был всего лишь ремнем — скромным аксессуаром, выполняющим свою функцию.

С утра до вечера я видел, как девушка, к которой я принадлежал, готовилась к встрече. Она выбирала одежду, накладывала макияж…
… показать весь текст …

— Девушка, а можно с Вами познакомиться?
— Очень много схожих вопросов! А давайте объединим Ваши вопросы в одну группу?
— А я в первый раз спросил!
— Не правда! Никогда не ври девушкам! Ты уже полгода с этим вопросом ходишь!
— Аааааааа!
— Ыыыыыыыыы!
— Ну что, пойдем познакомимся? Я меня зовут Джейн.
— Я Майкл. Рад знакомству, Джейн.
— Рада встрече, Майкл. Куда пойдем?
— Давай сходим в кафе напротив, там у них отличный кофе.
— Звучит замечательно, я согласна.
И… Чудо. В кафе напротив сидело 12 Майклов и 12 Джейн. Имена совпали.
После этого случая кафе переименовали в «Майкл и Джейн».

Чем проще вопрос, задаваемый жизни, тем сложнее на него ответ, ибо точки соприкосновения жизни и нашего разума слишком иллюзорные или их вообще нет.

Был бы я пастухом — овцы в девках бы не сидели.

Свет тускло пробивался сквозь занавески, создавая мягкие тени на полу. Я, Мурка, лениво потянулась на своем любимом диване, размышляя о том, как же странно устроен этот мир, в котором живет моя хозяйка. Она постоянно суетится, чем-то недовольна, и прячет свои эмоции за улыбкой. А я? Я просто наслаждаюсь каждым мгновением.

Снаружи раздавались звуки, которые для нее были привычными: гудки машин, разговоры людей, лай собак. Но для меня это был настоящий концерт. Каждый звук, каждый шорох, казалось…
… показать весь текст …

Закон никогда идеально не подходит ни к одной ситуации.

Иногда случается и неслучаемое.

Для слова важны простота и острота.

Куда бы ты ни шел — с каждым шагом путь становится длиннее.

Не ищи адекватность, ее нет.

В жизни важны три вещи: чтобы вовремя подавали на стол обед, ужин и женщину.

Жить приходится по средствам, если жизнь оценивать в деньгах.

Человек — это мера, раздвигающая себя в безразмерность или человек — это безразмерность, загоняющая себя в рамки?

Как День взятия Бастилии стал Днем Сурка
— Кто взял Бастилию?
— Не я.
— Сколько раз ты не взял Бастилию?
— Я Бастилию не взял, не беру и не буду брать! Я каждый день не беру Бастилию!

Мышление — это борьба с пустотой произвола речи.

Три совета тем, кто в коротких юбках:
1. Наденьте вместо юбки черный квадрат.
2. Наденьте вместо юбки черный квадрат.
3. Наденьте вместо юбки черный квадрат.
И ждите анекдот.

Дарвин запихал обезьяну в черный квадрат в ширину, а надо было — в глубину.

Всегда можно стать как обезьяной, так и человеком, если у тебя хорошие отношения с Дарвином.

Человек всегда был человеком, пока Дарвин не открыл ему кривду про обезьяну в нем.

Мысль без пробела — это пробел без мысли.

Проза жизни в стихах, стихи жизни — в прозе.

Мне рассказал друг, как варить фасолевый суп с индейкой, там было много всего интересного, много всяких ингредиентов, но особо я внимательно не слушал, а может и слушал. Потом он мне сказал, что вдруг тебе потом придется варить суп самому. Вот поэтому я тебе и рассказал. А я и отвечаю — что да ну, я хожу в рестораны. «Но это же дорого», —говорит мне друг. Надо же мне самому уметь, придется же что-то готовить.
— А я не могу менять свои привычки. Я с 2007 года хожу только в рестораны. Зачем самому что-то готовить, когда можно ходить в рестораны.
А он говорит, что это дорого. — Будет же момент, когда не будет денег и все-равно надо будет кушать.
— А я говорю, я там дизайн смотрю, интерьеры ресторанов.
— А что ты там ешь?
— А я там кофе пью.
— И больше ничего?
— Нет, только пью кофе. Я говорю — ну кофе — это только начало. Надо же с чего-то начать. Вот я и пью кофе в ресторанах.