Застыл уснувший Марракеш,
Песок окрашен ночью охрой,
А лунный свет находит брешь,
В запыленных и узких стёклах,
В глазах арабских цвета беж.

Как суфий выжженной земли,
Вдыхающий цветы шафрана,
Читает ветер ряд молитв,
И гонят бриз от океана,
Под парусами корабли.

Пьёт чай уставший туарег,
Колючки вновь жуют верблюды,
… показать весь текст …

Весной Есико исполнилось одиннадцать. Зацвела сакура и её аромат сводил с ума соскучившихся за долгую зиму по теплу людей. Кареглазая подвижная Есико обожала весну и всегда с особым трепетом относилась к цветению сакуры. Сидя на скамейке внутреннего дворика, она зажмурила глаза и глубоко вдыхала запах цветущей вишни. Её дедушка, старый Масатоши только посмеивался, принося зелёный чай в двух чашках и садясь на скамейку рядом с внучкой.
Свежим сиреневым утром Есико позавтракала, надела форму, взял…
… показать весь текст …

Рос плечистым, крепким я,
Не питался репою,
Масло ел со скатерти,
Не стоял на паперти.

Да родня за ужином,
Дюже занедужила,
Я ушёл искать во рву,
Хворь лечить плакун-траву.

А трава та знатная,
Не ромашка с мятою,
От болезней — первая,
И подмога верная.
… показать весь текст …

Кричала в потёмках Душа:
«Верните себя мне саму…»,
Прохожие шли не спеша,
Душа не нужна никому.

К стене прислонилась Душа,
С трудом удержавшись от слёз,
С ней рядом промокший дрожал,
Побитый людьми старый пёс.

Протяжно и хрипло скулил,
На паперти грязной земли,
Дождь с неба безжалостно лил,
Заря занималась вдали.
… показать весь текст …

Во времена правления Токугавы Иэясу жил недалеко от Эдо крестьянин Атсуши Кудо. Тяжела крестьянская доля — работа с восхода да заката, поборы да побои, а из еды просяные лепёшки и чай. Жена у Атсуши умерла прошлой осенью от болезни, остался он с единственным сыном, семнадцатилетним Микайо. Юноша был красив и трудолюбив, почитал своего отца и заботился о нём. И согревалось бедное сердце Атсуши, когда любовался он своим сыном, желая тому лучшей доли.
Но однажды, в самом начале лета, Микайо обменял…
… показать весь текст …

Он был когда-то мне почти что друг,
Мы не общались с ним уже со школы,
И в день ненастный повстречались вдруг,
У магазина Старого Оскола.

Его я, впрочем, сразу не узнал,
Прошедший дождь оставил в лужах пену,
Огнями джип призывно заморгал,
Он дверь открыл и в спину крикнул :" Гена?! "

Берсенев? Лёха!!! Стал здоровый, чёрт,
А помнишь в школе была «Дрыщ» кликуха?
Ну расскажи, что нового ещё,
Какая, друг, теперь твоя житуха?
… показать весь текст …

Убаюкала ночь заполошную боль,
Стынут в сонном овраге клочья тумана.
Скрип ольхи на ветру отдаётся мольбой,
Лунный свет разбросал жемчугА по полянам.

ЖемчугА раскидал, словно горсти монет,
Будто годы мои, что вернуть невозможно.
Отражается блик на оконном стекле,
То Селена идёт с посеребренной кожей.

Что ж не спится опять? Или черти пришли?
В ад кромешный забрать непокорную душу,
Брезжит искра зари занимаясь вдали,
Лик Юноны даря в диадеме жемчужной.
… показать весь текст …

На песке трапезундские кошки,
Рисовали когтями цветы,
Им Луна крепдешиновой брошкой,
Улыбалась в ответ с высоты,

Переливами водных течений,
Заключённых морями в огам,
Мой корабль из больших приключений,
Возвратился к родным берегам,

Торопливо махали лемуры,
Кустоцветом блестящих хвостов,
Разогретый далёкий Меркурий,
Вышивал метеоры крестом,
… показать весь текст …

Тлеет робкий огонёк,
В пыльном стареньком окошке,
Полное грибов лукошко,
В избу утром приволок.

Во дворе ещё туман,
Киснет жидкой простоквашей,
Пахнет сытно пшённой кашей,
Кот запрыгнул на диван.

Нож наточенный беру,
И грибы с бабулей чищу,
Чтоб была готова пища,
К хлебосольному столу.
… показать весь текст …

Здравствуй, дорогая моя мама,
Нет тебя уже пятнадцать лет,
Я такой же странный и упрямый,
Шлю тебе далёкий свой привет.

Живу всё так же в нашем старом доме,
Где в жизни ты оставила свой след,
Мне с детства здесь всё близко и знакомо,
А переселяться смысла нет.

Я в этой жизни — безусловно лишний,
В душе своей так не обрёл покой,
А знаешь, разрослась ведь сильно вишня,
Посаженная что твоей рукой.
… показать весь текст …

Кем отчеканена в небе гравюра?
Скачут, внушая симфонию страха,
То ли то всадники Альбрехта Дюрера,
То ли охота убитого Стаха?

Звёзды сгоревшие пеплом осыпались,
Чёрные кони протяжно заржали,
То проявилось пророчество Библии,
Иль Трисмегиста запретной скрижали?

Но экономка, седая Шарлотта,
Хмуро сказала, кота прогоняя:
«Пан — успокойтесь, на наших болотах,
Ветер тяжёлые тучи гоняет».
… показать весь текст …

Сделаны напрочь из фальши,
Люди тревожных времён,
И под откос мчится дальше,
Жизни последний вагон.

В окнах мелькают салюты,
Танцы, банкеты, вино,
Всё ближе глубокая пропасть,
А в ней каменистое дно.

Колёса искрУ высекают,
Громче скрежет и звон,
А в окнах всё так же мелькают,
Люди печальных времён.
… показать весь текст …

Помнишь, Полиночка, сребровласое, молочнощёкое утро, когда из кухни доносился аромат свежевыпеченного яблочного пирога? Проснувшись, ты тихонько затворяла за собой двери старинного дворянского особняка и в одной длинной белой сорочке бежала босиком по росе через небольшой сад в прилегающий парк. Сырым тягучим сумраком манили и одновременно пугали тёмные аллеи. В самой вышине крон деревьев гомонили беспокойные грачи. Туман густой простоквашей тёк по ложбинам. Печальные козлорогие фавны выглядывал…
… показать весь текст …

Как смешно вместе с «бывшей» пить чай,
Делать вид, что остались друзьями,
Отгорело любовное пламя,
Как-то так, словно бы невзначай.

Водевильный, уродливый фарс,
Хорошо хоть нет мести и злобы,
Не настолько уж мы твердолобы,
Как другие из временных пар.

Чай так чай, в этом тоже есть стиль,
А коньяк был бы впрочем некстати,
Дни на драмы никчемные тратить,
Всё равно, что бросать их в утиль.
… показать весь текст …

Мне не быть бесшабашным младенцем,
Не носиться по листьям мальцом,
Годы жизни изранили сердце,
А морщины покрыли лицо.

Мой закат догорит уже скоро,
Я на старые фото смотрю,
Замирает во тьме зимний город,
Власть без боя отдав январю.

Ну, а тот воет ветром за стенкой,
Заметая украдкой крыльцо,
Да бросает охапками снега,
Запоздавшим прохожим в лицо.
… показать весь текст …