В тебе застрял тот панковский подросток,
В тебе, как в зеркале, я вижу же себя!
Я понимаю все твои подколки,
Ведь вызов обществу творил, как ты, и я!
Ты говоришь, остыл, остепенился…
Но я горяч, хоть вида и не подаю.
И если захотел, я бы глумился
Над всем, что было, есть в моем краю.
Но взгляды мои резко поменялись.
И явно не глумлюсь, я правду говорю.
И через правду ложь всю открываю.
Но нецензурой вовсе как-то не пестрю.