Александр Коммари

Закончил я наше родное 16-е ПТУ, собрался в армию, и вдруг мне на самой последней медкомиссии сообщают, что — а вот фигушки, не гожусь я в родную Советскую Армию, какая-то у меня бяка с непроизносимым названием! Жить-то буду, а вот отдать два года Родине — не получится.

Не скажу, чтобы я был сильно расстроен, потому что два года в кирзачах это, в общем, не то, о чем я мечтал, но в то же время обидно: все ребята — в армию, а я лысый. То есть наоборот, конечно, они лысые, а я лохматый (и сильно л…
… показать весь текст …

— У нас два варианта, — сказал Хозяин. — Или увольняем половину работников, или придется работать по субботам.
— Со сверхурочными? — с робкой надеждой спросил кто-то.
— Какие сверхурочные! — сказал Хозяин. — Кризис в стране…
Помолчав, добавил:
— Кому не нравится — может увольняться.
Не услышав возражений, Хозяин торопливо ушел — вечером у него был самолет до города Парижа, где жила его семья.
Работники пошли покурить на лестницу, чтобы переварить услышанное.
— Слушайте, — спросил кто-то из молодых. — Я чего-то забыл — почему в СССР был ад?
— Солженицына нельзя было читать, — авторитетно ответил тот, кто был всех старше.
Молодой подумал, потом плюнул в ведро с окурками.
— Солженицына? Ну вот же суки, эти коммунисты.

Господа либералы любят еврейскую народную сказку про Моисея, который водил свой народ 40 лет по пустыне, чтобы вымерли те, кто помнит о своей жизни в Египте.

Вот-де, вымрут те, кого они называют пренебрежительно «совками» — и идея СССР умрет вместе с ним.

Вот как раз сейчас 26 лет, как спустили красный флаг над Кремле и подняли трехцветный флаг Власова-Демроссии — а жалеющих о СССР даже больше стало. При том, что мы, советские, действительно уходим.

И ведь никакой просоветской пропаганды в стране нет — главный кремлевский рассказывает про галоши, которые СССР только и умел делать, попы гундят про бесовской режим, по телику дня без антисоветчины нет, мальчики Коли с Уренгоя и не только оттуда вырастают.

Но русские в массе своей все равно жалеют.

Что доказывает только, что распад СССР не был закономерным явлением и не соответствовал реальной воле его жителей.

К сожалению, русские не могут — пока? — сделать следующий шаг и задать вопрос: кто украл нашу страну и с ней наше будущее?

— Итак, молодые люди, как же вы решили назвать своего сына? — спросил чиновник, явно с некоторым усилием изображая энтузиазм.
Это был крайне немолодой дядечка с грустным лицом в очень немодном костюме, с еще более немодным галстуком.
— Первенец, да? — спросил он, кивнув на мою жену, державшую на коленях кулек, в который был завернут наш сын.
— Первенец, — радостно кивнула жена.
Чиновник перевел взгляд на меня.
— Итак, имя?
— Владлен, — сказал я.
Чиновник на секунду застыл.
— Как, извините?
— Вла…
… показать весь текст …

Письмо.
(Орфография и стиль сохранены).

«Дорогой товарищ Гляссер! Пишет вам рядовой красноармеец 3-го полка 51-й дивизии Иван Миронов, член Российской Коммунистической рабочей партии большевиков — РКП (б), убитый 8-го ноября 1920 года на Турецком валу во время штурма Перекопа.

После того, как врангелевская белая пуля попала мне прямо в сердце и я умер за святое дело рабочих и крестьян, оказалось потом, что умер я не насовсем. То есть я погиб и умер, но потом ожил в очень странном месте, которо…
… показать весь текст …

— Егор Тимофеевич Горячев? — спросил молодой человек.
— Да, — ответил Егор, крайне недовольный тем, что звонок в дверь прервал его послеобеденный сон. Программисту и вообще работнику IT без послеобеденного сна никак, потому что ночами он спит мало.
— Получите и распишитесь, — сказал молодой человек игриво и подмигнул.
— Получить — что?
Молодой человек посторонился.
На лестничной площадке за его спиной на полу лежала огромная коробка. Метра два в длину и метр в ширину. Возле нее стояли двое мужчи…
… показать весь текст …

— И наконец, — сказал президент, — Последний вопрос.

Министры напряглись. Все-таки с президентом они работали давно, и знали, что самое неожиданное, то есть самое неприятное, он всегда оставлял под конец своего совместного заседания с кабинетом министров.

— Тут мне поступила информация…

Президент перебрал листочки в папке, вынул один.

— Как мне сообщают…

Он оторвал взгляд от листочка и направил его в конец рабочего стола.

— Пишут, что наш министр беспроводных коммуникаций не ворует и не бе…
… показать весь текст …

…и он умер.

И оказался в небольшой комнате, напротив стола, сколоченного из досок, за которым сидел ангел. Одет ангел был в бушлат с погонами лейтенанта, а крылья ангела были грязно-серого цвета. На пустом столе лежал ремень с портупеей и стояла пепельница, полная окурков.

Ангел поднял голову, хмуро посмотрел на стоявшего перед ним человека и пробурчал:
— Прибыли, значит.

— Где я? — спросил озадаченно прибывший. Он был в хоть больничном, но все равно дорогом халате и в тапочках.

Ангел открыл…
… показать весь текст …

— Ну, — сказал Уходящий Президент. — Рули, брат. Смотри, войны не начни, — он подмигнул и кивнул на чемоданчик с ядерными кодами. — А я отдыхать. Покатаюсь в Швейцарии на лыжах, потом приеду, будем дальше работать.
Они обнялись, Уходящий ушел, Избранный Президент остался в кабинете. И впервые сел на главное кресло в кабинете.
Ощущение было необычным. Почти эротическим.
Тут дверь открылась и в кабинет вошел человек в тюбетейке. И в пенсне. В дорогом костюме, под которым была тельняшка. И с портфе…
… показать весь текст …

СССР, конец 70-х годов XX века. Провинциальный город где-то в европейской части РСФСР. Небольшой продовольственный магазин, десять минут до конца перерыва на обед (магазины тогда закрывались на обеденный перерыв). Перед магазином небольшая, пара десятков человек, очередь.

К очереди подходит молодой, лет тридцати, молодой человек. В руках у него пластиковый пакет, в котором лежит пустая стеклянная банка.

Обращается к очереди:

— Товарищи, прошу прощения, я из будущего, из 2020 года. У меня чере…
… показать весь текст …