Знаете, что интересно, — многое сто раз читано-перечитано, и вдруг наталкиваешься на какую-то мысль и понимаешь, что она сейчас для тебя абсолютно свежая.

Мы пришли с друзьями в кафе на набережной Санкт-Петербурга.Напротив за столиком сидела сидела старуха с тонкими поджатыми губами и злым взглядом. Мой друг обратил моё внимание на неё.:
-Юля, видишь эту женщину? Это была первая красавица Питера…
-Не может быть… Удивилась я.
-Следы былой красоты должны быть видны… Что с ней стало?
-Душа на лицо полезла…

Когда ты сам себе задаешь вопрос — это самый предельно искренний диалог, потому что ты наедине с самим собой. Это никто не может ни зафиксировать, ни отрецензировать, ни опубликовать, ни откомментировать. Это твое личное. Поэтому, наверное, это самые мучительные разговоры.

Есть вещи, которые невозможно постичь никаким опытом, кроме собственного.

Есть такие типы, которые с годами начинают ненавидеть человечество и видеть в каждом виновника своих неуспехов, бед. Они не способны отпускать, прощать, зато способны долго и люто ненавидеть. А есть те, кто способен переживать, отпускать, прощать, идти дальше, входить с людьми в незамутненную воду отношений. Женщины не видят в каждом следующем мужчине подлеца и подонка. А мужчины в женщине суку, тварь и стерву. Они видят человека и вникают в его существо. Вот таких людей я люблю больше всего.

Когда возникает опасность для близких, знаю, что в такие моменты в долю секунды можно превратиться в олимпийского чемпиона и пробежать дистанцию быстрее, чем спортсмен, идущий на мировой рекорд.
Когда мать, потерявшая ребенка, закричит, ее услышат за полтора-два километра. И она никогда не сорвет голос. Кричит уже не горло… Кричит внутреннее существо.