Вволюшку хлебнув тоски вселенской,
Горько спросит:
— Господи, пошто…
Но привычной жизни деревенской
Он не променяет ни на что.
Он с упрямством дерзкого ребёнка
Ко всему давно готов уже.
Пусть сотрут с лица земли избёнку —
Будет жить в еловом шалаше.
Он, крестьянин в третьем поколеньи,
Как сорняк, живуч. Неистребим.
Даже если встанет на колени,
То пред Богом. Только перед ним!

Приняв на грудь в честь года Лошади,
Я от друзей уйду молчком
Стучать копытами по площади
(Пардон! Конечно, каблучком!)

Пройдусь походкою игривою
И в свете радужных огней
Тряхну взлохмаченною гривою
(Пардон! Причёскою своей!)

Толкаясь меж другими спинами
Тех, кто гарцует лихо тут,
Сверкну зубами лошадиными
(Пардон! Улыбкой «Голливуд»!)
… показать весь текст …

Мне нет оправдания. Нет и покоя.
Но, что б ни принёс мне
отпущенный век,
Я знаю, что жить буду только тобою,
Потерянный мной дорогой человек.
Дурманящим снегом черёмуха в мае
Засыплет дороги,
затмит белый свет.
И снова почудится, будто я знаю
Разлуку на запах, на вкус и на цвет…

Крик птичьих стай издалека…
Всё возвращается опять!
Мне надоело ждать звонка —
Мне просто хочется не ждать.

Снегов давно в помине нет.
А май проклюнется едва —
Нарву черёмухи букет,
Пускай кружится голова!

Куплю новейшую кровать —
Шабаш о прожитом тужить!
Мне надоело выживать —
Мне просто хочется пожить!

Ну, вот и все… листки календаря
Оборваны, прочитаны, и смяты,
И брошены, как клочья серой ваты,
В заснеженные дебри декабря.
СамОй судьбой исписанный дневник —
Короткие и длинные страницы
Того, чему уже не возвратиться…

Последний день во тьме метельной сник
И замер в ожидании… Как встарь,
Омыт волной восторга и веселья,
Родится под слепяще яркой елью
Неслышно и невидимо январь.
Но новый день в каком-то забытьи
… показать весь текст …

Студенческие чудо-вечеринки…
Припомнишь — да любая хороша:
В вине холодном долго тают льдинки,
Поёт разгорячённая душа.

Бегут года. Вот старые пластинки.
Тухмановский заезженный «Студент»…
А в памяти опять всплывают льдинки,
Не тающие столько долгих лет.

Смешно, но в час ночной смахну пылинки
С той памяти — и снова снятся мне
Холодные, не тонущие льдинки
В прозрачном и таком хмельном вине…