— Я знаю, что ты здесь… но ты уже не нужен - УХОДИ!
- Неа, не уйду… ты звала и я прилетел как только смог, вставай! Поболтаем.
-Уже не хочу, ничего не хочу, не трогай меня… пожалуйста, я так устала… Уходи…
-То есть, как это: «уходи… не трогай» … А то, что я прилетел к тебе за тридевять земель, не в счет? Эгоистка! Хватит капризничать… Вставай! Даю тебе две минутки, — он засмеялся вспоминая прошлые «две минутки», когда пришлось её «будить» под холодным душем… Давай-давай… я — жду.
— Пожалуйста, я не хочу вставать… будь другом, если хочешь остаться, ты можешь пристроиться рядышком, только не трогай меня сейчас… я хочу спать… Ну, не надо!.. пожалуйста… — стонет она прячась от него под одеяло…- Какого черта тебя принесло, когда надо — тебя не дозовешься? — заглушая подкатываюшиеся приступы рёва, отворачиваясь в сторону она старалась не смотреть на этого красивого молодого мужчину, нагишом расхаживающего по квартире, … только сердце, сжималось с жалостью и болью… теперь, когда он здесь, она жалела его больше, чем пару часов назад себя…
-Значит, плохо звалааа, — не унимается он стягивая с неё одеяло, — ты же знаешь я не уйду пока не поговорю с тобой.- Он тормошит её за плечи.- Эй, соня… я же к тебе прилетел. Вставай. Открывай глазки… Солнышко, прости, но … раньше ну… никак не получилось… Работы- завались! — Весна, мать… у всех обострение… Ты же умничка у меня… Все понимаешь… Поднимайся давай, и топай на кухню… чай хочу с тобой выпить, пока есть время … Устал очень… Угу?
Она с трудом оторвалась от подушки, накинула халат и опустила ноги на пол… она знала: он не уйдёт, «пока не поговорит с ней»… - Блин, тапки не найду… Пол холодный. Может они под кроватью, посмотри, будь другом…
— Не ищи, они на мне — Пол холодный. Мне нельзя простужаться… — отозвался он, перебирая все флаконы на ночном столике — ММммм., какой аромат… О-бал-деть! Французские?
— Наглости тебе не занимать, …процедила она сквозь зубы, — не трогай там ничего, разобьёшь опять что-нибудь…
— Боишься что порежусь? — съязвил он.
В ответ она запустила в него подушкой, но он перехватил её руки. Простонав, она спрятала их за спину…
-Эй, осторожно! Мой летательный аппарат… Ты, детка, так не шути. Я ведь, тоже могу обидеться.
Взбив заботливо подушку, он аккуратненько положил её обратно на кровать.- И пружинки что надо! Надо же, в прошлый раз диванчик стоял раскладной «малютка», кажется, я прав? Ты наследство получила, что ли или зарплату повысили? — он расхаживал по комнате осматривая все уголки. Подойдя к окну закрыл форточку — Сквозит. А, знаешь, мне нравится… уютненько так… Ничего себе. - раздалось уже в гардеробе… — Я бы сказал: Очень даже НИЧЕГО! Мда. Как давно я тебя не видел, а, малыш? Ты стала такой красавицей! Да… Что Время (поганец) творит, а???
Она стояла прислонившись к стене молча наблюдая за ним…
-Ты, чай будешь или может кофе?- с безысходностью спросила она.
-Ты права, кофе… и покрепче, пожалуйста… Угу?
-Хорошо… по крепче так по крепче, — сказала она уводя друга на кухню…
-Ну ты даёшь, мать!- он завизжал от радости, увидев остатки роскошного ужина: — Коньяк! Французский! — не дожидаясь приглашения он сделал затяжной глоток прямо с горла…: — Как вкусно!!! … И только когда бутылка опустела и лёгкое расслабляющее опьянение затуманило его душу, он решился посмотреть ей в глаза…
— Моя маленькая девочка … глупенькая моя, — он протянул руки , — иди ко мне…
Глядя в самую душу, он помог ей развязать ремешок халата и обнажил её измученное и уставшее сердце, прикладываясь губами к зарубцованным болью глазам… искусанным до крови губам… изрезанным венам и истерзанной пустотой душе… Он не смог сдержать слёз от уродства ран спрятанного под модным халатиком… и плакал… Плакал накладывая на рваные раны бальзам доброты и сострадания… поцелуями сердца забинтовывая ссадины и ушибы не прощенных ошибок и переломы судьбы… Он с жадностью прикладывался к её больной душе, выпивая до краёв наполненную чашу терпения… освобождая место маленькой надежде…
-Скажи мне, милая, что с тобой? Кто посмел довести тебя до этого? -он взял её перевязанные запястья и поднес к губам … — КТО???
— Где я был? Как мог недоглядеть, допустить такое? Как я мог. Скажи, почему ты молчала… столько терпеть и молчать?!
- Звала… ты не услышал… был занят… Я… просто… влюбилась…
— Моя маленькая девочка… глупенькая … Это же больно, любовь чаще больно чем сладко? Зачем тебе это? …
-Нет… — она мотала головой тихо глотая слёзы…- Уже не больно… разве может без сердца тело болеть, её вырвали из груди?!
— Ты испугалась… тебе было страшно, как ты смогла остаться одна и не сойти с ума?- Не страшно, прошептала она, — я подружилась с пустотой… мне … нечего больше терять…
Он обнял её … всем своим существом пытаясь впитать в себя всю её боль… Прижавшись друг к другу они молча стояли в темноте: больная душа и ангел хранитель.
— Ты… сможешь ли ты когда-нибудь простить меня, маленькая моя?, -спросил он, когда рассвета лучи осветили край неба.
-Простить, за что? Я… благодарна тебе за всё …- она подняла на него распухшие веки.
-За мучения и терзания от которых не смог уберечь тебя, милая… Я хотел бы искупить эту вину… Проси все что захочешь, за твои страдания ты заслужила быть счастливой… Я все сделаю для тебя, все что захочешь…
— Я… просто хочу любить… - виноватая слеза скатилась из глаз и повисла на ресницах…
Он нежно поцеловал её в щёчки, с грустью посмотрел в глаза, и пошел к двери… Лететь не было сил… Уставший весь в повязках и шрамах, уходил в рассвет… Ангел Небесный…
Любовь чаще больно чем сладко...
© Арина Кажарова 28
