…Твой безропотный Бог так давно молчит, потому что сильнее, чем ты устал. А дороги длиннее любой длины. И труднее всех взятых тобой вершин.

Ты — единственный пленник своей войны.

Разреши отдохнуть себе… Разреши.

Мам, время не лечит. Время совсем не лечит. Мне не понятны цели его и роли. Только чуть — чуть становится мне полегче, Следует в вену порция новой боли. И я взрываюсь, на хрен, опять слезами. Только услышу голос, на твой похожий. Или в толпе встречусь с тобой глазами, а это не ты — просто чужой прохожий. По выходным езжу к тебе в гости. Кладу на могилку цветы, а на стол — конфеты. Это единственный в мире к тебе мостик? Может ты мне сумеешь сказать: где ты? Ты мне приснись: будто сидим за чаем. И ты одета странно, не по погоде. Я задаю вопросы. Ты отвечаешь. И боль уходит. Боль навсегда уходит. А ты такая счастливая, прям из света. Я тебе глажу руки, целую щечки. Я буду ждать в своих снах твоего ответа. Мам, до свидания.

Твоя дочка.

Что поделать, зима на дворе и прогнозы не лгут,
Что метели гораздо сильней, чем на юге пассаты.
Я пишу свои письма шагами на белом снегу.
Неизвестно зачем. Неизвестно каким адресатам.
Я не помню имен. Я забыла зачем они мне
Прорываются в сны иногда неразборчивой речью.

А над городом снег. Невозможный искрящийся снег!
То ли падает вниз. То ли я поднимаюсь навстречу…

Если долго глядеть в запредельный Небесный Чертог,
Можно видеть — Медведица ищет ладонь Водолея.
А на Млечном Пути отдыхает расстроенный Бог,
В неземной тишине о своем совершенстве жалея.
… показать весь текст …

Вот и будь теперь сильной. Все держи на своих плечах. Эта тяжесть невыносима. Научись не чувствовать и молчать. Продираясь сквозь все «не могу», «зачем мне», восстанавливать сбитый, усталый ритм. Ну, а память с каким — то упорством чертит чем — то острым на том, что еще болит. И фрагменты из прошлого сыплет солью, собирая мозаику давних дней. Я уже давно позабыла сколько я себе клялась не скучать о ней. Не искать намеков и тайных смыслов, захлебнувшись на вдохе в разбитом сне. Но она мои забирает мысли и с собою их возвращает мне. И о чем — то печалясь, глядит мне в спину с фотографии маленькой у стола. Я ее никак не могу покинуть, хоть она полгода назад ушла. Ничего с собою не взяв в дорогу. Иногда проявляясь в коротком сне. В моей жизни ее до сих пор так много, хоть она совсем не осталась в ней. Лишь душа ее, может, бывает рядом. Осторожно, чтобы не помешать.

Все в порядке, мама. Всего лишь надо
Научиться мне… без тебя… дышать

И суть не в том, что сути нет нигде,
Когда ты сам внутри необитаем…
И лед в тебе настолько затвердел,
Что, кажется, он больше не растает.

И смысл не в том, что смысла нет искать,
Все, что опять в бессмыслице утонет.
И змейки равнодушного песка
Струятся через сжатые ладони…

А только в том, что глядя в синь небес,
Где крыльями прощально машут птицы,
Неведомый заплачет о тебе,
Когда ты не сумеешь возвратиться…

И иногда такая возьмет тоска… под дальний стук промчавшихся поездов. Ты начинаешь что-то в себе искать среди своих несбывшихся городов.
На отголосках, принятых за мотив… но по обломкам памяти не пройти. И пустотой ненайденность оплатив,

Прости себя…

И всех остальных прости…