не навязывай — свой рАй никогда… на мир, за всех… сАма — не гляди…

А поезд уходит. Оставив в пространстве… неясной тоской обозначенность Встречи… на дальних перронах несбывшихся станций, где ты не случилась. И пасмурный вечер, с дождем твои слезы смешав воедино, рисует размытость твоих отражений. И холод пытается быть господином твоих сумасшествий, твоих искажений. Но ты не доступна. Почти вне закона. Уже безразлично. И, кажется, легче, что выбыл один абонент телефона, с тобой навсегда отказавшись от встречи. И к серому небу приравнены лужи плывущими невесть куда облаками. /Подумаешь! Он тебе тоже не нужен!/ А мокрый щенок в луже небо лакает. И кажется все уже было когда — то. Как — будто размыто… Как — будто неточно…
А встречи всегда умещаются в даты.
Вот только разлуки… бессрочны…бессрочны…

— Скажи мне, это мои следы, неразличимые на золе? И почему остается дым, который стелется по земле? И я спиной ощущаю смерть. Она кошмарами входит в сны. И почему у меня, ответь, по локоть руки обожжены? Чей там костер до сих пор горит? А гарь удушлива, как змея. И пустота у меня внутри, как — будто это сгорела я? И боль становится все острей, так, словно в сердце моем игла…

- Любовь горела на том костре. А ты держала, чтоб не могла сбежать и в сердце опять войти. /В тебя как — будто вселился бес./ Она шептала тебе: «Пусти…» И Бог печально глядел с небес, как черным кружится воронье, и собирается пировать.

— Ну что? И как тебе без нее…

— А я… скажи мне… а я жива???

отдавая — будь готова бежать… спасая — будь готова спастись…

развенчана Любовью и Весной,
земную пыль мешая с звездной пылью,
ты по Земле пошла, а за спиной
шуршали перья — облетали крылья…

Господи, я молилась тебе по ночам. Этот строгий печальный лик… Ты зачем — то меня зачал. Ты зачем — то в меня налил столько света, тепла, любви. И слегка подтолкнул —
— плыви…

Били волны. Ломал причал. Обжигала земная твердь. Я молчала. И Ты молчал. И молчаньем учил терпеть.

Было больно. И рвался вой из груди моей в небеса. Ты меня оставлял живой. Ты зачем — то меня спасал.

Предавали, лишая сил. Убивая во мне мечту. Я простила. Как Ты простил тех, кто отдал тебя кресту.

Я теряла… Я знала Смерть… Но когда схоронила мать, Ты прости, не могла терпеть. Я как — будто сошла с ума. То металась, как дикий зверь. То лежала, едва жива. И понятия, вера,,, верь, превратились опять в слова.

Я Тебя не прошу простить несогласие мне и грусть. Отпусти меня. Отпусти.
И я снова к Тебе вернусь.