Начало чего-то нового может пугать: всегда есть страх первого шага. Точнее, страх того, что за ним последует. Сотни вопросов, сомнений, подозрений…

Оставайся, мой третий лишний, мой беззвучный, вчерашний, книжный. Я не сдамся, пока Всевышний мной устало руководит. Двадцать восемь попыток сбыться в календарной твоей странице. Ты молчишь, потому и длится страх, поставленный на repeat.

Я опять предпочту свободу, бег по кругу и в ступе воду. Твоё место — в бюро находок. Я — открою ломбард потерь и февраль заложу бессрочно. До свидания, мой височный. Все проверки пройдя на прочность, наше время обрящет дверь.

Что тебе рассказать, мой строгий, мой конвой на любой дороге? Я болею тобой, но сроки есть у каждого, кто рождён, кто ступил на большую землю, кто, казалось бы, неотъемлем. Ты под кожей, ты внутривенно, непокорен, непревзойдён.

За собой закрывая зиму, ты молчишь, и невыразимо — до отрыва по сгибу — жаль.
До свидания, нелюдимый, мой прошедший, невозвратимый.
До свидания, мой февраль…

Человек только тогда становится свободным, когда сознательно прешагивает через свой страх, и это самая желанная свобода…

Не дай мне бог сойти с ума.
Нет, легче посох и сума;
Нет, легче труд и глад.
Не то, чтоб разумом моим
Я дорожил; не то, чтоб с ним
Расстаться был не рад:
Когда б оставили меня
На воле, как бы резво я Пустился в темный лес!
Я пел бы в пламенном бреду,
Я забывался бы в чаду
Нестройных, чудных грез.
И я б заслушивался волн,
И я глядел бы, счастья полн,
В пустые небеса;
… показать весь текст …

Страх упасть никогда не позволит тебе взлететь.
Чтобы быть свободным, нужно научиться побеждать свой страх.

Выскочив из лабиринтов запретов и ограничений, вместо того чтобы вдохнуть воздух свободы, ты с ужасом понимаешь, что оказался на незнакомой планете, где не умеешь себя вести,
Страх давит своей неопределенностью, заставляя искать новые цепи что бы быть привязанным к земле. Летать мы конечно умеем, только не привыкли, и прятаться в родных темницах, нам почему-то легче…