Кто сделал Минина героем

Почему нижегородцы выбрали Минина
Доверие, которое измерили деньгами
Как городской выбор признала «вся земля»

Весной 1612 года князь Дмитрий Пожарский поставил подпись под грамотой за Кузьму Минина — нижегородского торговца, которого документ называл «выборным человеком Всею землею». Такого чина в Московском государстве не существовало.

Грамоту отправили 7 апреля по старому стилю из Ярославля богатым промышленникам Строгановым. Руководители ополчения просили прислать представителей на общий совет и собрать деньги для ратных людей. Внизу писец добавил: «В выборного человека Всею землею, в Козьмино место Минина, князь Дмитрей Пожарской руку приложил».

Почему Пожарский подписался за Минина, неизвестно. Иногда это объясняют неграмотностью нижегородца, хотя сама грамота такого вывода не позволяет. Ещё недавно источники знали его как посадского торгового человека, а теперь рядом с его именем появилась власть, которую не мог пожаловать государь. В стране тогда не было общепризнанного государя.

Мы привыкли видеть Минина уже готовым героем — бронзовым человеком с Красной площади. Но памятник соединяет два разных решения. Осенью 1611 года нижегородцам предстояло решить, можно ли доверить этому человеку сбор со своего имущества и общую казну. Следующие поколения решали, чьи имена будут олицетворять освобождение Москвы.

О том, как возникает такое доверие, куратор «Мастерской новых медиа» Юлия Аблец рассуждает в своей статье о героях в медиа. Она пишет, что «невозможно „назначить“ героя. Нельзя взять и создать лидера на пустом месте. Настоящее доверие возникает только внутри сообщества, то есть идёт снизу, когда человеку начинают доверять окружающие, следить за ним и прислушиваться к его мнению».


В истории Минина эта мысль объясняет начало: нижегородцы дали ему право действовать от их имени. Но доверие одного города само по себе не объясняет, почему именно Минин стал общенациональным героем, а князь Дмитрий Трубецкой — один из руководителей освобождения Москвы — почти исчез из привычного рассказа. Между выбором городской общины и памятником на Красной площади прошло два столетия.

Почему нижегородцы выбрали Минина

До 1611 года биография Кузьмы Минина пуста. Мы не знаем ни года, ни места его рождения. Даже прозвище Сухорук, знакомое по книгам, могло принадлежать другому нижегородцу.

Кузьма принадлежал к посадским людям Нижнего Новгорода и торговал мясом, скотом, возможно, рыбой. Его относили к «молодшим» посадским — так обычно называли небогатую часть городской общины, хотя размер его состояния неизвестен. За ним не стояли знаменитый род, высокий чин или военная слава.

Осенью 1611 года Москва находилась под контролем польско-литовского гарнизона. Первое ополчение ослабло после убийства Прокопия Ляпунова и ухода значительной части дворянских отрядов. Пал Смоленск, шведы заняли Великий Новгород. В города шли грамоты с призывами к сопротивлению, однако они не могли дать солдатам жалованье, оружие и продовольствие.


Симон Азарьин позднее писал, что 1 сентября 1611 года нижегородцы избрали Минина одним из земских старост. Эту выборную должность доверяли людям, способным вести общие дела. Почему выбрали именно Кузьму, мы не знаем. Перед нами уже человек, которому поручили заботы всего посада. О том, как он заслужил такое доверие, записи молчат.

Пискарёвский летописец называет Минина «неким торговым человеком от простых людей», который был «смышлен и язычен» — разумен и способен убеждать. Он советовался с крупными торговыми людьми и остальными жителями посада, как помочь Московскому государству. Для летописца Минин словно появляется из темноты.

Доверие, которое измерили деньгами

На известных картинах всё начинается с речи. Минин стоит над площадью, люди слушают, женщины несут украшения, перед оратором растёт гора пожертвований. Документы сохранили более трудную историю.

Дословной записи выступления Минина нет. «Новый летописец», составленный спустя годы, передаёт призыв не жалеть имущества, продавать дворы и закладывать жён и детей ради помощи государству. Эти слова показывают меру жертвы в представлении летописца, но услышать по ним настоящую речь Минина невозможно.

Сбор денег тоже занял не один вечер. Поздние рассказы расходятся в размерах платежей, но нижегородская платёжная книга сохранила главное: деньги на жалованье собирали по общему городскому решению. Вместе с добровольными дарами были обязательные взносы, рассчитанные по имуществу, и займы у состоятельных торговых людей.

Нижегородцы поручили Минину земскую казну и дали право участвовать в сборе, затрагивавшем имущество его соседей. Деньги должны были превратиться в жалованье и снабжение для прибывавших в город воинов. Подозрение в личной выгоде или неспособность выполнить обещанное могли погубить ополчение ещё до похода.

Военным руководителем выбрали князя Дмитрия Пожарского. Он принадлежал к Рюриковичам, имел боевой опыт и восстанавливался после ранения, полученного во время московского восстания. Разрядная книга сообщает, что служилые люди советовались с нижегородцами и Мининым, а затем выбрали Пожарского воеводой. Популярный образ, в котором Минин единолично назначает князя, упрощает происходившее. Решение принимали вместе.


Два руководителя опирались на разный авторитет. За Пожарским стояли происхождение и военная репутация. Минин представлял посадскую общину и распоряжался средствами, без которых воевода не смог бы собрать боеспособное войско. Грамоты сообщали, что жалованье выдавали «неоскудно». В разорённой стране исправная плата убеждала людей лучше любой торжественной речи.
Как городской выбор признала «вся земля»

Когда в Нижний Новгород начали прибывать дворяне, казаки и служилые люди из других городов, полномочия Минина вышли за пределы посадской должности. В Ярославле Совет всея земли вёл переговоры, назначал служилых людей и собирал средства. Казна оставалась в ведении Минина.

В это время рядом с именем Минина появляется формула «выборный человек всею землёю». Она возникла без государева пожалования. «Вся земля» здесь означала города и служилых людей, объединившихся вокруг ополчения, а не всех жителей страны. За несколько месяцев человек, выбранный одной городской общиной, стал распоряжаться казной земского союза.

Пожарский расписывался за человека, которому не нашлось бы места в старой системе чинов, но который уже обладал земскими полномочиями. Минина ещё не успели прославить историки и художники. Его власть существовала в расходных записях, собранных деньгах и выплаченном жалованье.


В августе 1612 года войско гетмана Яна Кароля Ходкевича подошло к Москве, чтобы прорваться к осаждённому кремлёвскому гарнизону. Второе ополчение Пожарского и казаки князя Дмитрия Трубецкого действовали несогласованно, а взаимное недоверие могло стоить им победы.

По «Новому летописцу», 24 августа по старому стилю Минин попросил у Пожарского три дворянские сотни и вместе с перешедшим на сторону ополчения польским офицером Павлом Хмелевским повёл их через Москву-реку к Крымскому двору. Удар стал частью общего контрнаступления и помог решить исход боя. Так уже в XVII веке Минина помнили человеком, который в решающий момент вышел за пределы роли распорядителя казны.

После взятия Китай-города и капитуляции кремлёвского гарнизона государство признало заслуги Минина. Утверждённая грамота об избрании Михаила Романова называет его «выборным человеком ото всего Московского государства» рядом с Трубецким и Пожарским.


На следующий день после венчания нового царя бывший посадский человек получил чин думного дворянина, а в 1615 году — наследственную вотчину «за московское очищенье». Знакомый нам образ «гражданина Минина» складывался гораздо дольше.

Третий руководитель — Дмитрий Трубецкой

Казаки князя Дмитрия Трубецкого участвовали в решающих боях и взятии Китай-города. Утверждённая грамота 1613 года ставила его имя первым среди освободителей столицы. В литературе следующего столетия ещё сохранялся триумвират Трубецкого, Пожарского и Минина.

Реальные заслуги участников сохранились в документах, но последующие поколения распределили внимание по-своему. Одни имена получили памятники, картины и место в школьном рассказе. Другие остались в старых грамотах.

В конце XVIII века вышло жизнеописание Минина, появились исторические трагедии и повести. Из сложной коалиции городов, дворян и казачьих отрядов постепенно выделялась понятная пара: гражданин и князь.

Как появился «гражданин Минин»

В 1803 году Вольное общество любителей словесности, наук и художеств предложило создать памятник Пожарскому, Минину и патриарху Гермогену. Через пять лет нижегородцы вернулись к этой идее, но уже говорили о Минине и Пожарском. По всей империи открыли подписку. К 1811 году собрали 136 тысяч рублей и решили поставить памятник в Москве, а в Нижнем Новгороде возвести обелиск.

В появлении монумента соединились общественная инициатива, пожертвования и государственное решение. Война 1812 года придала старой истории новое звучание. Один из текстов о памятнике прямо говорил:

«Бедствие 1812 года оживило в памяти бедствие 1612 года».

В марте 1818 года памятник Ивана Мартоса открыли на Красной площади. Надпись гласила: «Гражданину Минину и князю Пожарскому благодарная Россия». Посадский человек оказался назван перед князем. Множество городов, отрядов, сборов и конфликтов получило две фигуры и один ясный жест: стоящий Минин передаёт меч раненому Пожарскому.


Трубецкому места в этой композиции уже не нашлось. Памятник закрепил пару как главный образ 1612 года, а Минина — как гражданина, поднимающего военного вождя на борьбу.

В 1896 году Константин Маковский представил огромное «Воззвание Минина». Художник дал несохранившейся речи пространство, толпу и видимую силу убеждения. Весь город словно одновременно услышал одни слова и в едином порыве понёс имущество — документы подтвердить не могут.


Каждая эпоха выбирала свою форму памяти. Мартос показал гражданина рядом с князем, Маковский — народного вождя перед объединённым городом. В XX веке этот образ перешёл в кино, а сегодня ежегодно возвращается вместе с Днём народного единства.

Так кто же сделал Минина героем? Нижегородцы первыми доверили ему право действовать от их имени и распоряжаться общей казной. Земское движение распространило его полномочия далеко за пределы города. Новая власть наградила человека, чей авторитет уже был проверен делом. Летописцы выбрали поступки, которые следовало сохранить, историки связали их в биографию, художники дали герою лицо и жест, а памятник и государственные церемонии сделали этот образ общенациональным.

героя нельзя назначить, но можно решить, чьи поступки останутся незамеченными, а о чьих узнает вся страна.

В 1612 году князь Пожарский поставил подпись вместо Минина. В 1818-м благодарная Россия высекла имя «гражданина Минина» перед именем князя.

Но это было все равно не 4 ноября.
4 ноября не произошло ровным счетом Ни-че-Го! В те дни был занят уже Китай-город (который между делом был сожжен почти дотла), и ополчение готовилось к штурму Кремля.
Кремль освободили всё равно только 7 ноября