Как жаль мой брат.
АВТОРСКАЯ ПЕСНЯ.
А память — верный проводник во мгле, она, как стрелка компаса, во мне: в то время меня поведёт, где солнце ярче, где наша дружба братская надёжно живёт
Помню, в детстве, в грозу, мы сидели с тобой, под осиной: ты шептал мне, «Не бойся брат, жизнь любит сильных». эта фраза, как щит, как урок: по жизни упрямо ведёт.
Мы были Юные, и ветер пел в ветвях: где наши грёзы, как будто птицы, кружились небесах: теперь же взгляд — чуть тяжелее стал, скупой слезой, блеснёт в моих глазах,
И когда душу, печаль, сожмёт как в тиски: я закрою глаза — и увижу опять: ты рядом, и мы снова близкИ: в жилах кровь течёт у нас одна, возвращает в те, счастливые года
Теперь мы реже видимся, уже мой брат, увЫ: у каждого свой путь, заботы, и дела: но стоит мне, на миг закрыть глаза — и вновь живЫ: те дни, где юность крылья нам дала.
И если вдруг застынет в моём сердце тьма: и злая вьюга вдруг закружит у окна: я вспомню: что всегда ты со мной: брат мой кровный, и родной.
Кровь — не вода, она гуще, сильней: она помнит детство, помнит друзей. она шепчет: «Брат, ты не один, я с тобой: даже если мир, встал холодной стеной».
А годы мчатся, как вихри степные: сединой украсили виски, и на лице как дороги, морщины живые: время пишет узоры, в них наши грёзы: и мечты сокровенной огни.
Память — тихая гавань в бушующем море: где застыли мгновения, как багряный, рассвет:
она манит меня в родные просторы: туда, где, остался, детства и юности след.
Там трава — изумрудный ковёр под ногами: там смех наш звенит над лугами: а небо как чаша лазури без края, без дна: где сердце верит, что жизнь наша, счастьем — полна.
Теперь же дни — как страницы в старой книге: листают ветер с дождём, не спрашивая нас:
но в сердце, в глубине, в самой его святыне: мой двор родной живёт и сейчас.
И когда душу, печаль, сожмёт как в тиски: я закрою глаза — и увижу опять: ты рядом, и мы снова близкИ: в жилах кровь течёт у нас одна, возвращает в те, счастливые года
Теперь мы реже видимся, уже мой брат, увЫ: у каждого свой путь, заботы, и дела: но стоит мне, на миг закрыть глаза — и вновь живЫ: те дни, где юность крылья нам дала.
И если вдруг застынет в моём сердце тьма: и злая вьюга вдруг закружит у окна: я вспомню: что всегда ты со мной: брат мой кровный, и родной.
Кровь — не вода, она гуще, сильней: она помнит детство, помнит друзей. она шепчет: «Брат, ты не один, я с тобой: даже если мир, встал холодной стеной».