Когда я говорю «всё нормально» — это не правда, это код:
«Я сейчас раздавлюсь, но не хочу грузить тебя своими обломками».
Когда я молчу — это не игнор, это стена:
«Я боюсь, что если открою рот, оттуда вырвется не любовь, а взрыв».
Когда я ухожу в гараж — это не побег, это бункер:
«Дай мне час побыть железом, чтобы вернуться к тебе человеком».
Когда я говорю «я устал» — это не про тело, это про душу:
«Мир требует, чтобы я был танком, а я просто хочу побыть твоим мальчиком».
Когда я грублю — это не злость, это щит:
«Я не знаю, как сказать, что мне больно.
Поэтому делаю больно тебе — чтобы ты ушла и не увидела, как я рассыпаюсь».
Когда я просыпаюсь и первым делом смотрю на тебя — это не привычка, это проверка:
«Ты всё ещё здесь?
Ты всё ещё моя?
Я всё ещё достоин быть с тобой?».
Когда я молчу в ссоре — это не безразличие, это самосохранение:
«Я знаю, что мои слова могут ранить сильнее кулаков.
Поэтому я откусываю язык, чтобы не поранить тебя им».
Потому что мужское «ок» — это крик, который научился молчать.
Это любовь, которая забыла, как просить о помощи.
Это мужчина, который помнит, что «настоящие мужики не плачут».
И поэтому научился плакать внутри, не двигая мышцами лица.
Но ты слепа к этой боли.
Сука бессердечная…
Мужские манипуляции
© Альбина Любимая 2280
