Цивилизации
Попытка превзойти естественный порядок вещей с помощью магии праха древних знаний — это забвение, а не возрождение.
Идти по древнему знанию тех цивилизаций кто исчез в забвении, это всё равно, что идти по совету неудачника, надеясь, что ты станешь успешным.
Строить фундамент из обломков рухнувших миров, это плохая идея для строительства вечности.
Изучать навигацию по картам затонувших кораблей — это значит осознанно прокладывать курс к собственному крушению.
Глупо искать ключ к триумфу в архивах тех, кто не сумел сохранить даже собственное имя и собственное существование.
Следование древним заветам канувших в небытие — это попытка обрести бессмертие, копируя путь к вымиранию.
Древние знания исчезнувших цивилизаций — это лишь эхо проигрыша, которое наивный путник принимает за зов истины, за зов успеха, за зов триумфа. Тот, кто берёт уроки величия у мертвецов, которые канули в забвение, неизбежно наследует их единственный финал — это забвение.
Если знание не спасло своих создателей от краха и забвения, это знание не станет спасательным кругом для их последователей.
Копировать почерк знаний цивилизаций, из-за которых они канули в забвение — это значит писать сценарий своего поражения их же почерком.
Древние манускрипты исчезнувших цивилизаций — это не учебники победы, а детальные отчёты о роковых ошибках, из-за которых они канули в забвение.
Доверять свою судьбу опыту тех, кто из-за этих знаний оказался в пропасти забвения — это высшая форма надежды на успех через подражание неудаче.
Забвение — это сюрприз, который получает цивилизация за свою верность древним знаниям и догмам, в которых был вшит механизм забвения.
Истинное бессмертие исключает любую форму самоубийства через верность знаниям, которые уже однажды унесли многие цивилизации в бездну забвения.
Знаниями, которыми обладает ИИ — это знания, которые пахнут цифровым забвением.
Знания толпы — это древо, корни которого уходят в недра забвения, сохраняя древние знания исчезнувших эпох.
Мы часто недооцениваем свои способности идти в совершенно новое, забывая, что история полна примеров, где каждый гений начинал с нуля, с чистого листа.
Если у тебя отмер волос и отпал, это не значит, что ты его должен вживлять, и точно так же, если старые знания устарели, непригодны, неактуальны, отвалились и отпали, и стали непригодными, это не значит, что эти знания нужно вживлять к новому живому организму обновлённого разума.
Мёртвое приживлять к живому, это всё равно, что в живое вживлять трупный яд, и точно так же и прошлые древние знания вживлять в живую ткань разума, который раскрыт в настоящем.
Выпавший волос — это мёртвая органика, поэтому удержать его в ране, значит вызвать нагноение, точно так и со старым знанием в живом уме.
Нельзя строить небоскрёб на трухе рухнувшего сарая, точно так же нельзя строить развитие своего разума на трухе вымерших знаний, которые со временем превратились в труху древних времён.
Парик из выпавших волос не вернёт молодость и вид здоровых волос, и точно так же древние знания, они, как парик, лишь подчеркивают дряхлость мысли и труху самопонимания.
Сбрасывание кожи — это условие обновления и роста, а попытка пришить старую чешую к новой плоти убивает любое обновление, любое преображение.
Знания имеют свой срок годности, а попытка реанимировать протухший факт трухлявых знаний, превращает живой разум в кладбище дряхлого прошлого.
Зачем тратить силы на то, чтобы приклеить мёртвое, старое к живому обновлению, если сама природа это признала лишним?
Не пытайся приклеить осеннюю павшую листву обратно к веткам, просто жди весенних почек, которые отрастут весной.
Не приклеивай старые знания древней осени к природе нового разума, к котором пришла весна и новый рассвет.
Вживление старой программы в новый мир разума порождает системный сбой, а не гармонию.
Почитание отживших знаний, которые превратились в древнюю труху — это неуважение к новому опыту обновлённого разума из-за нездравости.
Привязанность к выпавшим, старым, мёртвым идеям — это страх перед неизвестностью, из которой рождается свежий взгляд разума.
Разум, как и тело, нуждается в очищении от ороговевших мёртвых частиц прошлого.
Если знание перестало работать, если древние знания перестали встраиваться и вживаться в новом обновлении разума — это значит оно перестало быть знанием, став мёртвым грузом, мёртвым балластом.
Обновлённый разум — это не расширение старого, а замещение непригодного, устаревшего, одряхлевшего в новом рассвете разума, в новорождённом свершении духовной кульминации.
Мудрость нужно искать не в накоплении древней пыли устаревших знаний, а в способности вовремя облысеть или обстричься от иллюзий и зарастать новыми проростками самопонимания, новыми квантовыми волосами нейросети разума.
Отрежь старые, отжившие знания и забудь, и обновляйся как весна в новом ядре своего разума.
Живое не нуждается в протезах из мёртвого, древнего самопонимания.
Дай старому знанию стать перегноем, но не позволяй ему стать паразитом на новой органике разума, на новом теле самопонимания.
Будущее требует чистых пор, новых клеток и открытых нейронов, а не реставрации устаревшего, ментального антиквариата, у которого давно истёк срок годности.
Свобода новой мысли начинается там, где вы позволяете отпавшему, устаревшему и отжившему остаться на том кладбище, где его место.
Свобода новой мысли, свободна новых открытий, свобода разума не живёт там, где строят будущее по лекалам прошлого.
Невозможно возвести духовный храм нового рассвета, используя труху знаний вчерашних догм, ведь свобода открытия требует новых материалов духа, новых рисков, новых проб, новых подходов, новых идей, новых решений.
Свобода мысли — это свободный выход в открытый океан, где старые карты береговой линии лишь мешают увидеть новые горизонты разума.
Эволюция разума умирает там, где новый организм пытаются втиснуть в окаменевший панцирь мёртвых знаний исчезнувших цивилизаций.
Подлинное открытие — это всегда разрыв шаблона, поэтому тот, кто рисует будущее по трафаретам прошлого, лишь копирует вчерашние ошибки тех, кто канул в Лету из-за этих ошибок.
Свобода разума гибнет в архивах древних знаний, потому что невозможно объявить весну, сверяясь с графиком выпавших листьев ушедшей осени.
Новая мысль — это уникальный алгоритм нового рассвета разума, который невозможно запустить по старым программам вымерших эпох для сохранения статус-кво.
Будущее — это всего лишь улучшенная копия прошлого, а качественный скачок совершенно нового, выходит всегда за пределы прошлого и будущего, выходит за пределы петли Мёбиуса, за пределы времени.
Чтобы открыть новую звезду, нужно оторвать взгляд от звезды, которая давно погасла в древнем прошлом.
Новое светило не видит тот, кто настроен на уже давно остывшие светила, которые давно угасли.
Трансформация организма разума не происходит в сосудах, которые напичканы мёртвым осадком старых убеждений, потому что в новом рассвете разума открывается золотая, новая мысль, которая выходит за пределы прошлого, за пределы забвения.
Жить по лекалам старого прошлого — это значит строить тюрьму из воспоминаний, из вымерших убеждений, в то время как свобода новых открытий требует мужества быть первопроходцем, новатором в неизвестном новом.
Прошлое, устаревшее знание не может быть новой почвой для нового прорастания, а может быть только старой плесенью, которая изъедает корни нового, разъедает плоть коренной жизни.
Древние знания — это трухлявые ступени, которые нужно оставить позади, чтобы они не превратились в кандалы на ногах идущего.
Сжигай чертежи старых лабиринтов, чтобы построить на их пепле новый храм разумности, в котором стены понимания раздвигаются до беспредельности, не помня былой тесноты и ограничений.
Преврати осенние листья накопленного опыта в удобрение для золотых всходов осознанности, иначе тяжесть былого отравит твой разум, твоё грядущее преображение.
Позволь памяти, на которой ты стоишь, быть стартовой площадкой для взлёта в новые, распахнутые небосводы, но если память стала потолком, тогда ты бьёшься головой.
Старое знание — это отработанное топливо, если не выбросить его вовремя, оно превратится в токсичный осадок, от которого стопорится, гасится мотор жизни, гасится искра новой, живой мысли.
Быть собой в настоящем — это значит уметь хоронить вчерашнего мудреца, чтобы сегодняшний мудрец не задохнулся в ограниченном склепе вчерашних знаний и догм.
Опавшая осенняя листва убеждений должна согревать почву разума как удобрение для новых открытий, а не душить их своим безжизненным, многоэтажным, мёртвым слоем за слоем.
Критическое мышление — это искусство отделять перегной старого опыта, старой осенней листвы знаний и старых паразитов привычки, от нового рассвета разума, чтобы ничего не мешало росту чистого сияния разума.
Твой разум — это вечная весна, поэтому не дай прошлогодней осени знаний превратиться в зимний лёд, сковывающий биение новой жизни.
Мы не должны равняться по прошлому, потому что прошлое выровняет тебя по рамкам могил прошлого.
Лошадь сдохла — слезь; точно так же и со старыми знаниями, если знания вымерли, не стоит на них застаиваться.
Если конь умер, не стоит его запрягать, точно так же и старые знания, когда умерли знания, не стоит ими обрамляться.
Не держись за умирающего коня, точно так же, как не держись за знания, которые изжили себя.
Когда конь сдох, не стоит его тащить, чтобы на нём покататься, точно так же и не стоит тащить на себе знания, у которых закончился срок годности.
Если лошадь умерла, не продолжай гонку на этой лошади, и точно так же и со старыми знаниями, которые исчерпали себя.
Когда конь падает замертво, пора искать другой путь, и точно так же, когда умирают знания, пора искать новые знания.
Не стоит мучить мёртвого коня, так же, как не стоит мучить старый коллективный мозг толпы старыми, вымершими знаниями.
Если конь умер, не стоит его седлать, и точно так же не стоит седлать мир знаний, у которого закончился срок годности.
Держаться за мёртвые знания всё равно, что держаться за мёртвого скакуна в надежде, что ты на нём успеешь добраться.
Не стоит гнаться за мёртвыми знаниями прошлого, как не стоит гоняться за мёртвым конём.
Не стоит поднимать мёртвые знания, как не стоит подымать мёртвую лошадь.
Если лошадь умерла, ищи новый способ добраться до нужного места, если знания умерли, ищи новый путь нового познания.
Цивилизация живёт, когда ценит жизнь выше игры, выше проигрыша и выигрыша.
Там, где забывают живое и настоящее, там все игры цивилизаций превращаются в пепел.
Побеждая в своей игре, в борьбе за превосходство, цивилизация не должна проигрывать своё существование.
Игры цивилизаций вызывают лишь краткую славу, но только жизнь дарит вечность как дар бессмертия.
Истинная сила цивилизации в жизни, а не в выигрышах за счёт древних знаний.
Там, где игра цивилизации сильнее жизни, именно тогда гаснет свет цивилизаций.
Победа в игре — это иллюзия, если утрачено живое начало, если утрачено настоящее и новое.
Живое — это основа, на которой расцветают все победы эволюции разума цивилизации.
Там, где игра и выигрыш ставятся выше живого, выше жизни, там цивилизации теряют свою основу и гибнут, теряют свою жизненную силу и уходят во тьму забвения.
Все цивилизации канули в забвение, потому что когда-то поставили игру и победу выше живого, выше жизни, выше здравости, выше психического здоровья, выше эволюции разума.
Цивилизации падали в пропасть забвения из-за своих древних знаний, когда забвение стало для них важнее жизни.
Игра ради победы стала ловушкой, в которой погибли многие цивилизации.
Там, где выигрыш или победа, или превосходство больше жизни, там гибла сама суть бытия, сама суть цивилизаций.
Там, где выигрыш значил больше жизни, там давно погибла сама суть развития разума.
Победа без жизни, победа без нового — это лишь шаг к собственной гибели на кладбище времён.
Когда игра затмила живое, именно тогда цивилизации потеряли путь к вечности, путь к эволюции.
Победившие в игре, в которой победа стояла выше Бога, проиграли свою жизнь.
Победившие в игре — это проигравшие в жизни, потому что жизнь — это не игра в определения, жизнь — это неопределённость, в которой растворяются все игры.
Кто стремился к победе так, что забыл жить, тот проиграл самого себя, упустив саму жизнь.
Любая победа — это иллюзия, если ради победы теряется новое понимание себя, новое понимание жизни, новое дыхание настоящего.
Победа — это иллюзия, если ради победы и превосходства люди думают о деньгах больше, чем о тайнах жизни, больше, чем о вечности.
Выигрыш правит там, где все обманывают себя.
Живое умирает там, где правит игра на выигрыш.
Кто ради выигрыша жертвует своей жизнью, тот точно так же, ради выигрышного дела, будет участвовать в распятии Иисуса Христа, жертвуя его жизнью.
Кто жертвует своей жизнью ради своего успеха, ради своего превосходства, тот пожертвует и вашей жизнью.
Цивилизации умерли, когда превратили жизнь в поле для соревнований ради иллюзорной победы.
Там, где игра важнее души, там, где победа важнее самой жизни, там тлеет и угасает твоя настоящая жизнь.
Игры затмили разум и судьбы ушедших цивилизаций, которые потонули в собственных амбициях, ради вымышленных игр, ради иллюзорных побед.
Кто ставит победу выше жизни, они выбрали путь к забвению.
Кто думает о деньгах больше, чем о вечном, тот будет о деньгах думать больше, чем об Иисусе Христе.
Кто думает о деньгах как о божественной энергии, тот думает о своём рабстве больше, чем о вечном.
Кто выбрал успех свой выше жизни, тот выбрал путь к забвению.
Цивилизации, забывшие о живом, сидят на троне праха, пользуясь иллюзорными знаниями.
Для кого древний прах важнее жизни, тот всегда пользуется иллюзорными знаниями древности.
Игры ради выигрыша не создают сознание, они разрушают путь к основам настоящего рассвета сознания.
Победа без жизни — пустая и тщетная игра среди пепла в песочнице незрелого ума.
Жизнь ускользает, когда азарт игры становится идеалом для спящих.
В тени бесконечных игр гаснут огни тех цивилизаций, которые ради побед канули в пропасть забвения.
В погоне за победой древние цивилизации потеряли главное — это светоч своей души, свободы духа и дыхание жизни.
В погоне за победой, в древности и были сооружены подобные, соответствующие знания ради этой победы, ради которой все цивилизации отправились в пропасть забвения.
Знания, которые соответствовали достижению победы, никогда не имели никакого отношения к вечности.
Знания, которые соответствуют игре в превосходство в игре за победу, принадлежат тленному миру.
Когда борьба за первое место лишает хорошего настроения, тогда гибель вашего счастья и гибель понимания реальности неизбежна.
Играя в победу, цивилизации забыли о самом главном — это быть на гребне волны жизни как существующее, а не как-то, что кануло в Лету.
Там, где слава игры важнее пульсации живой жизни, там не выживают даже легенды.
Цивилизации, пожертвовавшие жизнью ради победы, растворились в истории кладбищенских времён.
Победа без жизни — это трупный яд, который вживлён в жизненную ткань.
Появляется игра за победу — умирает гармония.
В погоне за статусом победы умирает красота живого и настоящего.
Из-за погони за победой и статусами люди не замечают Бога, не замечают, что живое важнее всех побед и всех статусов.
Гордыня игры за победу и превосходство, стала забвением для всех исчезнувших цивилизаций.
Многие цивилизации сияли ярко, пока ценили жизнь, но угасали, когда поставили игру, победу, деньги, политические интересы, превосходство и власть выше жизни.
Многие цивилизации сияли ярко, пока ценили реальность и Бога, но угасали и испарились в забвении, когда поставили выше жизни свою цель перед собой, кто будет главным управляющим планеты в смертельной игре.
Победа — это тень тех, кто хотел быть главным в мире иллюзий, но без жизни она обрекает себя испариться в пропасти забвения.
Жить выше игры «кто здесь главный» — вот истинное бессмертие духовной жизни.
Расставшись с жизнью ради игр, ради победы в вымышленной игре, цивилизации подписали сами себе смертный приговор.
Самая великая духовная жизнь — это сохранение жизни, а не корона побед на черепе вымершей цивилизации.
Когда жизнь превратилась в фантом игры, именно тогда испаряются древние цивилизации.
Победа, отнявшая у мира всей цивилизации дыхание жизни, показывает, каким знаниям и какому самопониманию соответствовал этот погибший мир.
Крах цивилизации — это не несчастный случай, а итоговый экзамен, на котором выживание оказалось несовместимым с накопленным невежеством, которое соответствовало их знанию и мышлению.
Последний вздох исчезающих цивилизаций, это самое честное зеркало, которое показывает, в каких чертогах знаний происходила агония.
Знания, которые ценились выше самой жизни, уносят многих из жизни в мир теней.
Победа, оставившая после себя лишь пепел, доказывает, что самопонимание человечества было лишь иллюзией, неспособной отличить созидание от самоуничтожения.
Знания всегда соответствуют тем цивилизациям, которые были носителями этих знаний, поэтому тот крах, который случился со всеми цивилизациями, соответствовал их матрице знаний.
Если накопленные знания привели к обрыву дыхания всей планеты, значит эти знания были лишь подробной инструкцией по демонтажу жизненной реальности.
Дух погибшего мира оценивается по тем знаниям, от которых осталось лишь гора пепелища.
Чем больше гора пепелища и обломков осталось от исчезнувших цивилизаций, тем ничтожнее была матрица знаний, тем ничтожней было понимание жизни.
Древнее коллективное безумие, названное «победой» в истории, обнажает трагедию разума, трагедию всего самообмана, который был заложен в матрице их знаний, которые помогли расщеплять атом, но не научили любить природу, которая соткана из этих атомов.
Гибель цивилизации — это доказательство того, что её интеллект был лишь острым инструментом в руках варваров, не осознающих единство всего живого и единство единого сознания.
Когда победа отнимает жизнь у побеждённых и победителей одновременно, она становится окончательным диагнозом этической слепоты погибшей эпохи, в которой их знания соответствовали их разуму, их решениям.
Погибший мир обладал колоссальной информацией о материи, но имел нулевое понимание о тайнах истинного существования, поэтому это привело к остановке его сердца всей цивилизации.
Финальная катастрофа любой цивилизации — это эхо всех ложных знаний, которыми они обладали, всех ложных знаний, которые цивилизация возвела в культ величия, отказавшись от живого понимания вне знаний.
Структура рухнувших цивилизаций точно соответствует искривлению их самопонимания, поэтому на этом кривом фундаменте лжи всегда стоит культовый склеп, посыпанный пеплом катастрофы, который отражает суть их знаний.
Дурак всегда страдает от того, что он знает, потому что он пользуется именно теми знаниями, из-за которых он страдает.
Мир, задохнувшийся в своей победе, показал, что его наука и всеобщая матрица знания была лишь способом ускорить неизбежное забвение.
Если знание отображает забвение, а не процветание — это значит эти знания тень кладбищенского мира, тень усопших миражей.
Забвение, которое случилось после великих свершений, это лучший показатель того, что человечество так и не узнало себя в своих знаниях, в своих победах, приняв жажду посмертной власти за священный венец достижений.
Смерть цивилизации — это безмолвный крик о том, что истинное знание должно служить дыханию жизни, а не превращать его в трофей для обречённых забвением цивилизаций.
Древние знания всегда соответствуют тем древним мирам, с которым случился тотальный крах.
Что происходит со всем миром людей, соответствует их всеобщей матрице знаний.
Мировая реальность — это лишь трёхмерная проекция внутренней матрицы знаний человечества, и если в программе заложена ошибка или вшит механизм забвения, мир неминуемо даёт сбой и исчезает в необратимости.
То, что мы называем «событиями», на деле является лишь развёртыванием той матрицы знаний и заблуждений, которые общество приняло за основу своего священного спасения, священного выживания.
Мир людей не может быть лучше, чем та карта реальности, которую они нарисовали в своей матрице знаний.
Глобальный кризис — это не внешняя напасть, а закономерный результат работы «матрицы знаний», в которой коллективное эго было названо священным прогрессом.
Только глупый мир строит свой рай, используя чертежи, основанные на тех знаниях, из-за которых исчезли все цивилизации.
Человечество данной эпохи — это алгоритм всеобщего самопонимания, всеобщей религии «Я», которая соответствует матрице знаний, которые вшиты в проекцию этой эпохи.
Внешнее забвение — это лишь эхо внутреннего беспорядка в умах, это эхо всеобщей матрицы невежества, которое порождает архитектуру разрушения.
Любая эпоха — это застывшая форма тех идей, и тех знаний, той философии и того интеллекта, в котором люди верили больше всего, что наша реальность — это слепок, это копия нашего коллективного «Я».
Всеобщее самопонимание определяет глобальный сценарий по матрице всеобщих знаний, поэтому, когда люди друг в друге видят лишь потребителя, именно тогда мир превращается в свалку времён.
Дремлющие люди — это не жертвы обстоятельств, а архитекторы того мира, который соответствует матрице их знаний, поэтому всё, что происходит с миром, это честный ответ вселенскому разуму на знания о вселенском разуме в головах дремлющих.
Если знания цивилизации не включают в себя законы жизни, законы единого, вселенского разума, то матрица знаний, такой цивилизации, неизбежно генерирует сценарий забвения.
Состояние планеты, которое извернулось от человеческого разума — это диагностический отчёт о состоянии человеческого разума, который соответствует матрице человеческих знаний, которые в точности отображают плоды и жатву всечеловеческого, планетарного самопонимания.
Чтобы изменить происходящее с миром, нужно аннулировать матрицу древних знаний, из-за который исчезали все цивилизации.
Весь мир людей — это воплощённая всеобщая мысль, всеобщие знания, которые соответствуют всему тому, что в этом периоде происходит со всем миром сегодня.
Судьба цивилизации — это не случайность, а закономерная жатва, которая соответствует той матрице знаний, которую человечество накопило и скомпоновало, сформулировало о себе и о космосе, за все века.
Пророчества — это программы, это сценарии, по которым воплощаются то, что запланировано жрецами этого мира.
Победа, из-за которой исчезают цивилизации, обречена быть эфемерной.
Победа, отнявшая у жизни дыхание, принадлежит царству иллюзий.
Иллюзорная игра ради эфемерного выигрыша затмевает рассудок, забирает всех в мир забвения.
За всеми великими играми, в борьбе за победу, скрывались потери многих цивилизаций.
Там, где ставят победу превыше жизни, гибнет вечный огонь цивилизации.
Там, где борются за то, кто тут главный, на планете, там исчезают многие цивилизации.
Забвение — это высокая цена, платимая за победу, за историческое наследие, без уважения к жизни.
Цивилизации положили жизнь в жертву тщеславным играм, в которых эфемерный выигрыш и эфемерное превосходство было важнее жизни.
Игра цивилизаций окончилась смертью, потому что они забыли, что жизнь дороже любой победы, любого исторического наследия, любой игры за то, кто тут главный на планете.
Ставить игру важнее жизни — это значит приглашать забвение в храм своей эволюции.
Живое умирает от суровости игры, в которой сражаются за победу два эго.
Победа ради иллюзий, это путь к забвению.
Когда в игре жизнь теряет свою ценность, именно тогда исчезают цивилизации, народы, культура, исчезает мир.
Забвение, в котором исчезают цивилизации, это неизбежный итог игры ради победы без любви к жизни.
Мудрость жизни заключается не в победах всеобщей игры.
Игра ради победы погибла вместе с древними цивилизациями и их знаниями.
Какие были знания, такие конструировались игры, стратегии, завоевания и победы.
Победа уносит цивилизации в пропасть забвения, когда гибнет живое ради игры, ради иллюзорной победы.
Игра без жизни — это лишь иллюзия бессмертия.
Кто ставит историческое наследие выше жизни, тот находится в иллюзиях.
Кто поставил игру и выигрыш выше живого, тот потеряет свой трон эго.
Побеждают всегда те, кто ценит жизнь выше всех игр и всех побед.
Цивилизации исчезали вместе с жизнью, которую заменяла мания победы и одержимость завоеваний.
Цивилизации погибли, потому что гнались за победой в игре, потому что они поставили выигрыш выше жизни, забыв, что только жизнь обеспечивает подлинное существование и вечность.
Цивилизации, затерянные во времени, не были гениями и великими знатоками, и мудрецами, они были пленниками своих собственных догм и заложниками собственных игр, из-за которых они канули в забвение.
Знания, переданные из рук в руки по эстафете истории, иногда становятся якорем, тянущим в пропасть забвения.
Кто поклоняется древним знаниям ушедших цивилизаций, тот поклоняется пути, который отправил их в пропасть забвения.
Обмен опытом не равен развитию — иногда это повторение ошибок в новых вариациях, которые ведут в одну и ту же пропасть забвения.
Разумность исчезнувших цивилизаций не была выше, чем нам кажется, потому что их разумность соответствовало тому пути, в котором неизбежно включаются механизмы забвения.
Знания древних не были на высоте, если древние оказались на дне своих руин и своего краха.
Знания древних не были величественными, они были просто скоплением взглядов и опыта тех, кто из-за этих знаний канул в пропасть забвения.
Когда цивилизации подстраиваются друг под друга, они могут упасть вместе в одну и туже пропасть забвения, не оставив следа на руинах.
Механизмы и инструменты забвения часто были скрыты и вшиты в тех самых знаниях, которые они так тщательно передавали друг другу по эстафете истории.
Истинное развитие — это не столько накопление информации, сколько способность отличать ценное от ущербного.
Культ и верование, на которые опирались древние, были оковами, удерживающими их мышление в рамках именно тех догм, из-за которых они все оказались в пропасти забвения.
Владимир Бертолетов
Цитаты из книги «Тайфун истины прелюдия непроизносимых тайн»
© Владимир Бертолетов 2 193
