Цивилизации
Эхо древней мысли, древнего мировоззрения доносится до нас через их руины, которые говорят о том, что цивилизация уходит в забвение ровно в тот момент, когда её самообман становится тяжелее её возможностей.
Там, где исчезли цивилизации, там вы видите правду о том, из каких опор и из какого фундамента были сотканы их знания, поэтому их древние знания — это летопись о том, как человек пытался подчинить землю ради величия, но стал её удобрением.
Наш восторженный взгляд на руины самообмана древних цивилизаций лишает нас иммунитета против ложных древних знаний, когда мы восхищаемся мёртвыми иллюзиями, не понимая, что мы следующие в очереди.
Руины древних цивилизаций — это не памятники величию, а застывшие в каменных древних монументах ошибки, которые мы по привычке называем наследием.
Забытые знания — это не тайный ключ к могуществу и великому развитию, а список неверных ответов, за которые человечество уже заплатило своим будущим.
Древнее наследие, которое досталось нам от предков древних цивилизаций, это те ошибки древних, которые нам, между строк, говорят о том, как из-за этих ошибок исчезали цивилизации древних времён.
Величие древних руин — это не памятник величия древних цивилизаций, а застывший в камне древний самообман, из-за которого исчезают цивилизации и со временем превращается в надгробие.
Руины древних цивилизаций — это не скелет былого величия, а окаменевший самообман, который был таким тяжёлым и увесистым, что раздавил основной фундамент, до основания, превратив в пыль ушедших времён.
Вглядываясь в обломки храмов, мы видим не триумф зодчих, а застывшее в граните отражение их самопонимания, их воли, их мышления, их самопознания, их веры в собственное бессмертие, ставшее их же надгробной эпитафией.
Вглядываясь в обломки древних цивилизаций и их храмов, мы видим не триумф зодчих, а застывшее в граните величайший самообман их веры, которая их привела к загробным саркофагам величайшего самообмана.
Обломки цивилизации — это не падение их храма, их архитектурного фундамента, а крах веры, крах мировоззрения, крах мысли, крах разума, крах достижений, поэтому мы сегодня видим в геометрии их руин как именно застыла их попытка измерить себя мерилом богов, ставшая в итоге лишь историческим напоминанием о гибели цивилизаций.
Зодчие древности строили не обители для вечности, а гигантские зеркала своего окаменевшего монолитного самообмана, и когда это зеркало разбилось, осколки превратились в эпитафию их неспособности отличить реальность от самообмана.
Гранитный скелет ушедших цивилизации — это застывший слепок их мировоззрения, из разума, их воли, их веры, их менталитета, их философии, их религии, их точки зрения.
Когда вы внимательно посмотрите на руины исчезнувших цивилизаций, вы поймёте, что вы исследуете и изучаете не архитектуру, а анатомию древнего понимания, древнего верования, древнего мировоззрения, древней психики, древнего волеизъявления, древнего мышления, которое отобразилось на руинах их собственной цивилизации.
Руины древних цивилизаций — это слепок, это потрет их верований их рассуждений, их мировоззрений, их разума, их мышления, их самоопознания, в котором их мечта о бессмертии превратилась в надгробный камень руин, который свидетельствует о их забвении.
Древние верили, что своим разумом строят лестницу в небо, но на самом деле они возводили фундаменты для собственных надгробий, замуровывая свою эволюцию, свою перспективу, свой путь развития разума в безупречные могильные саркофаги ушедших эпох.
Красота архитектур руин обманчива, потому что за этой красотой и величием скрыто лицо цивилизации, которая уничтожила себя в собственной претензии на величие, на бессмертие.
Руины цивилизаций — это картины, которые транслируют плоды разума и последствия веры этих цивилизаций.
Руины цивилизаций — это вывернутое наизнанку их самопонимание, их самоопределение, их верование, их мировоззрение, которое застыло в камнях, в развалинах, как орнамент безжалостной расплаты за свой самообман.
Самообман всегда расплачивается забвением.
Глядя на обломки вымерших цивилизаций, мы видим не триумф мастерства, не триумф великой мудрости, а трагедию духа, крах разума, который попытался приручить бесконечность с помощью самообмана и ложных знаний, и в итоге был этим камнем погребён в прахе времён.
Цивилизации исчезают в тот момент, когда блеск её монументов, блеск их величия, блеск их знаний начинает слепить глаза настолько, что пропасть забвения под ногами кажется дорогой к бессмертию, дорогой млечного пути, дорогой спасения.
Плющ на древних колоннах и развалинах павших цивилизаций — это не украшение, а рука природы, стирающая древний затянувшийся самообман о своей власти над вечностью, над природой.
Вы восхищаетесь величием тех цивилизаций, чьё содержание оказалось безжизненным, нежизнеспособным, провальным, гнилым и настолько самообманчивым, что это привело к неизбежному забвению.
Все, кто восхищаются неудачниками, которые канули в Лету из-за своего самообмана, показывают этим восхищением, какое забвение их ждёт впереди.
Восхищаясь теми, кто рухнул в бездну забвения, в бездну самообмана, в бездну собственных вымыслов, мы не отдаём дань исчезнувшим цивилизациям, а лишь подписываем контракт на собственное бесславное грядущее забвение.
Кто поклоняется в адрес тех, кто погиб от самообмана, это намёк на то, какое забвение ждёт тех, кто впечатлён гибелью самозабвенных в величии их руин.
Тот, кто идеализирует крах древних как грандиозное величие, тот не замечает, как сам начинает примерять их фатальную слепоту, фатальную ментальность, принимая предсмертную агонию за высшее проявление духа.
Кто поклоняется рухнувшим в забвение, кто поклоняется тем, кто не справился с реальностью, кто не справился с духом, тот называет величием то, что на самом деле было лишь красиво оформленным поражением.
Восторгаться руинами цивилизаций, это всё равно, что восторгаться памятниками древнего самообмана, поэтому кто видит величие в тех, кто впал в забвение, тот, восхищаясь мёртвыми иллюзиями, становится следующим добровольцем в очереди на свалку истории.
Забвение всегда улыбается твоему самообману за твоей спиной, когда ты поклоняешься тем древним цивилизациям, которые канули в забвение. Если твой идеал — это древняя цивилизация, исчезнувшая из-за нежелания видеть правду жизни, это значит, твоё собственное забвение уже стоит за твоей спиной.
Восхищение неудачниками древности — это не поиск мудрого самопонимания, а эстафета ложных убеждений, где наградой победителю служит такое же зловещее забвение.
Кто поклоняется и восхищается тем, кто канул в забвение из-за самообмана, становится похожим на то, чем восхищается, воспевая тех, кто предпочёл ложные знания и вымыслы, поплатившись жизнью.
Вы сами превращаетесь в призраков забвения ещё до своего конца, когда поклоняетесь тем, кто канул в забвение из-за своего самообмана.
Культ павших в забвение по причине самообмана отображает забвение тех, кто им поклоняется. Обломками вашей цивилизации будут восхищаться те грядущие цивилизации, кого ждёт подобный путь забвения.
Твоё восхищение чужим самообманом в истории человечества, это и есть та самая эпитафия, которую ты уже начал писать на своей, ещё не поставленной могильной плите.
Древние камни руин исчезнувших цивилизаций — это не учебник истории, а протокол вскрытия, в котором всё безмолвно свидетельствует о том, как самообман превращает любую цивилизацию в безжизненный музей.
Каждая цивилизация строит свой самый величественный памятник своего величия именно тогда, когда уже мертва внутри.
То, что мы называем древние знания всемирного наследия, для древних, было лишь стеной их личной тюрьмы, построенной из иллюзий, ставшей со временем их общей могилой.
Какой был всеобщий разум древней цивилизации, то и случилось со всей цивилизацией, благодаря тем знаниям, которые были созданы этим разумом.
Знания цивилизации — это тот самый инструмент упорядочивания хаоса, из которого разум создал меч, который в итоге отсёк голову самому создателю.
Цивилизация — это дерево, которое гибнет под тяжестью собственных плодов, если разум, взрастивший их, не знал меры в своём стремлении превзойти природу ради своего величия.
То, что мы называем древними знаниями, часто было лишь коллективным бредом величия, превратившим знание в тот механизм, который отправил цивилизацию в пропасть забвения.
Цивилизация выпила из золотой чаши своего триумфа яд тех знаний, которые открыли пропасть неминуемого забвения.
Уровень знаний древних всегда был равен уровню их разрушения.
Разум древних цивилизаций, создавал лишь те инструменты, те технологии и те знания, которыми они в итоге вырыли себе могилу.
Насколько тёмен был разум древних цивилизаций, настолько темна пропасть их забвения.
Глубина забвения, поглотившего города древних цивилизаций, отражает их коллективный разум, их коллективные знания в зените их власти и величия.
Чем ярче был внешний блеск цивилизации, скрывавший внутреннюю слепоту её духа и разума, тем чернее та дыра забвения в её истории, которую она оставила после своей разрухи.
Какие знания цивилизаций, какой коллективный разум цивилизаций, таково их падение.
Забвение — это не случайность, а справедливая закономерность за самообман и иллюзорные знания, не породивший света истины, не породивший света спасения.
Цивилизации закономерно растворяются в первозданном забвении, из-за матрицы своих знаний.
Древние цивилизации строили храм знаний, чтобы спрятаться от правды, поэтому сегодня мы видим правду, которая раскрылась для всех древних цивилизаций как пропасть бездонного забвения, в котором не осталось следов, имён.
Правда жизни стирает из памяти лишь то, что было мертворождённым, бесплодным и нежизнеспособным в древних знаниях предков, которые превратились в исторический чернозём могил, из которых вырос вечный покой.
Пропасть забвения — это всего лишь правда для тех, кто себя обманывает ложными знаниями тех, кто канул в забвение.
Цивилизации исчезли не куда-то, а исчезли в своём самообмане с помощью собственных знаний, с помощью собственного разума.
Древние знания были факелами в руках слепцов, которые на солнце искали свет бессмертия, поэтому тьма их разума мгновенно слилась с тьмой самообмана, не оставив проясняющего объяснения для потомков.
Тяжесть заблуждений древних цивилизаций была так велика в рамках их древних знаний, что они провалились сквозь ткань времени в бездну забвения, из которой не возвращаются даже легенды.
Современники ищут следы великих в пепле руин, затерянные следы древних цивилизаций, не понимая, что их разум был настолько тёмен и ослеплён величием, что само время отказалось хранить отпечатки их преступного самообмана.
Масштаб исчезновения многих цивилизаций всегда пропорционален масштабу их мира знаний, их ценностям, их разуму, их отношению к смерти и к жизни, которое порождает наследие, переходящее в абсолютное ничто.
Какой был разум древних, таким был свет их знаний, поэтому судя по руинам и праху их цивилизаций, можно понять, куда привело каждую цивилизацию матрица их знаний, превращая древние города в пепелища.
Гибель цивилизаций — это не случайность, а логическое завершение, которое отображает матрицу их знаний, их верований и их главную ставку в поисках власти над миром.
Всеобщий разум древних был похож на капитана, который знал всё о звёздах, о маяках, но не хотел замечать пробоины в собственном корабле знаний, пока океан забвения не поглотил его целиком.
Древние цивилизации исчезали на своём корабле в океане хаоса не от невежества, а от тех знаний, которые стали пробоиной в их корабле, который был поглощён океаном хаоса.
Какие знания хранила в себе древняя цивилизация, такова и руина на прахе разума древних, таков финал их цивилизационного пути.
То, что современники называют священным наследием древних знаний, для древних было лишь ловушкой, которая построена из самообмана, которая стала, со временем, их общей могилой.
Древние цивилизации гибли не от мечей варваров, а от веса собственных знаний, которые подрывали фундамент их жизнеспособности и жизнестойкости.
Руины древних цивилизаций — это пьедестал не силе духа, а слабости разума, который принял временное благополучие за вечный закон Богов.
Наследие древних цивилизаций — это книга судеб, где между строк золотом вписаны победы, а невидимыми чернилами написаны тени их падения, которые мы сегодня принимаем за свет великих древних знаний.
Современники гордо примеряют короны исчезнувших цивилизаций, гордо поклоняются древним знаниям не замечая, что на их внутренней стороне выгравирована и вшита инструкция по самоликвидации.
Цивилизации гибнут не от недостатка знаний, а от избытка самообмана, которыми прошиты их знания, которые превращают богатое наследство прошлого в детонатор для будущих цивилизаций.
Древние знания ушедших веков — это зашифрованный отчёт о кораблекрушении цивилизаций, присланный нам теми, кто не сумел договориться с океаном хаоса из-за своего самообмана, гордыни, величия и алчности.
Наша цивилизация — это не фундамент, а зеркальный лабиринт из чужих ошибок, из чужого опыта, из чужих древних знаний, поэтому наша цивилизация обречена блуждать по лекалам древних ошибок, по лекалам древних знаний, пока не поймёт, какое предупреждение написано на древних фресках, которым все поклоняются как величию.
Великое наследие древних — это тень, отброшенная закатом древних цивилизаций, и кто этого не понимает, причины их сумерек и причины их заката, до тех пор мы сами станем лишь новой тенью для тех, кто придёт после нас.
Древние цивилизации оставили нам не ключи от рая, а ловушки забвения и чертежи своих катастроф, и матрицы древних знаний, надеясь, что мы окажемся достаточно разумными, чтобы ими не воспользоваться, чтобы не повторить подобное забвение.
Древние знания — это не тайный ключ к могуществу, а матрица, за которые многие цивилизации заплатили высокую цену, заплатили своим будущим, канув в забвение.
Древние манускрипты говорят не о том, как вознестись и как найти ключи от рая, а о том, как легко разбиться, если считать себя богом знаний, оставаясь лишь тенью времён.
Археология — это вскрытие умершего тела цивилизации, которая не смогла договориться со временем, с хаосом и пространством, оставив нам вместо реальности, лишь эпитафии, которые намекают, из какой силы сотканы знания исчезнувших цивилизаций.
Современники ищут в прошлом утраченные древние знания, забывая, что эти знания предков пропитаны тем, от чего исчезают цивилизации для пустых залов древних саркофагах.
Золотая антиквариатная пыль исчезнувших цивилизаций лучше всего показывает, что прошито в матрицах древних знаний, которые были созданы теми, кто знали всё о звездах, но ничего не понимали о собственном забвении.
Смотреть на древность нужно не снизу вверх, с восхищением, а под микроскопом, как на патоген, который вшит в матрице древних знаний, погубивший целый организм цивилизации.
Цивилизация — это здание, которое рушится из-за трещин в фундаменте ложных знаний, поэтому кто изучал обломки исчезнувших цивилизаций, должен понимать не архитектуру величия цивилизаций, а деформацию сознания, которая вшита в их матрицу знаний.
Наследие древнего прошлого — это не карта сокровищ, а карта ловушек, где каждая развалина цивилизаций отмечает место, где мысль цивилизаций зашла в глубочайший тупик.
Цивилизация — это живой организм, а их искажённое отношение к смерти прописано в их знаниях, и чем искажённее эти отношения, тем быстрее включается механизм саморазрушения.
Народы гибнут не от мечей, а от усталости своих знаний о себе, когда разум достигает дна, тогда разум начинает строить не храмы правды, а склепы величия.
Крах цивилизаций — это финал, в котором количество нерешённых задач превысило авторитетные знания.
Время безжалостно стирает те устаревшие миры, в которых застрял и зациклился разум на воспроизводстве прошлого, забыв, что вечность требует настоящего, нового, новаторского.
Цивилизация живёт до тех пор, пока её когнитивный горизонт шире знаний прошлого.
Твоя матрица развития всегда должна быть шире и глубже, чем матрица прошлых знаний.
Судьба каждой цивилизации записана в её базовых установках её фундаментальных знаний. Развитая цивилизация не конфликтует с устаревшим кодом древних знаний, она просто освобождается от старых матриц знаний, раскрывая свой когнитивный горизонт разума до безразмерности.
Энтропия общества соответствует их матрице знаний.
Срок годности цивилизации истекает в тот миг, когда её матрица знаний становится больше, чем её способность задавать новые вопросы, новое мышление, новые решения.
Звёзды гаснут для тех миров, чей разум не сумел синхронизировать масштаб настоящего, с матрицей знаний и с этической матрицей своего самопонимания.
Живи внутри своей грамматики своего разума, который соответствует настоящему моменту, а не знаниям прошлого, которые стали историей исчезнувших цивилизаций, черновиком исторического кладбища.
Каждая империя и каждая цивилизация гибнет от ложного информационного ожирения, когда ложных знаний слишком много, а обработка разума слишком примитивна, чтобы понять, от какой информации происходит саморазрушение.
Кто не видит за пределами матрицы прошлых знаний, тот не видит и не понимает, как разрушаются цивилизации.
Восхищение руинами и древними знаниями, из-за которых произошёл цивилизационный крах — это некролог, замаскированный под матрицу знаний той цивилизации, которая смотрит только назад, неизбежно пятясь в ту же пропасть забвения.
Тот, кто обожествляет пепел ушедших цивилизаций, тот забывает, что этот пепел — это результат поражения этой цивилизации.
Повторяя древние знания, повторяя древний их культ, мы копируем их крах, их забвение, их неведенье, их просчёт.
Руины цивилизаций — это не учебник величия, а улики преступления разума против реальности, поэтому преклоняя колено перед обломками, мы соглашаемся на роль следующей жертвы, которая канет в забвение.
Если матрица знаний новой цивилизации строится на фундаменте старых руин древних знаний, она лишь достраивает верхние этажи грядущей катастрофы, которая заложена в основании древних знаний.
Использовать обломки знаний погибших цивилизаций — значит прокладывать курс на те же рифы, которые сокрушили корабль цивилизации.
Восхищение обломками древних знаний — это вирус забвения.
Современники впитывают величие древних знаний, заражаясь при этом скрытой патологией их нежизнеспособности, нежизнестойкости.
Всё старое наследие ушедших цивилизаций неспособно для нового горизонта эволюции разума, для нового уровня развития разума, для нового когнитивного развёртывания и разветвления.
Культ античности — это проигрыш перед новым открытием разума.
Тот, кто строит на подражании что-либо новое, возводит декорации для собственного падения. Кто подражает и копирует древние знания, кто им вечно подражает, тот возводит своё собственное забвение.
Только глупый человек строит на истлевшем нетленное.
Развалины павших цивилизаций показывают, чем был их разум, чем было их самопонимание, чем были их знания, которые привели к такому краху, к такому развалу, к таким руинам, к такому праху.
Кто видит в крахе древних цивилизаций недосягаемый идеал и величие, тот будет пользоваться именно теми знаниями, которые унесут его в забвение самообмана.
Пропасть забвения всегда соткана из эпитафий тех, кто считал древние знания, из-за которых погибли цивилизации, недосягаемым величием.
Унаследовать древнюю силу через древние знания ушедших цивилизаций, значит запустить зловещий механизм, в котором прописан финал неизбежного забвения.
Современники всматриваются в древние знания великих цивилизаций, и они как актёры второго состава, которые надели костюмы погибших героев, чтобы послушно, по прописанному сценарию, сыграть их последний сценарий, который унесёт их в забвение как унеслись древние цивилизации.
Взять в руки меч знаний исчезнувших цивилизаций, значит согласиться на тот же финал, в котором сила знаний прошлого всегда продаётся в комплекте с его бездной забвения.
Пользоваться картами тех, кто не доплыл до берега — это репетиция собственного кораблекрушения.
Любая «тайная сила» древних знаний — это капсула времени, внутри которой вшит невидимый механизм забвения, вшита та же ошибка и тот же сценарий, который привёл их к зловещему забвению.
Входя в резонанс с мощью древних знаний канувших цивилизаций, мы настраиваем свой разум на ту же частоту распада, которая превратила цивилизации в пыль ушедших времён.
Древние знания и наследие прошлого — это загадочный дар с двойным секретом, с двойным дном, с «Троянским конём», поэтому кто пользуется древними знаниями, тот получает их ресурсы сегодня, чтобы отдать за них свою жизнь забвению по их же сценарию, по их лекалам знания, такова судьба всех дремлющих цивилизаций.
Искать в древних знаниях себя, значит признавать, что твой собственный разум бесплоден, а бесплодие — это первый признак цивилизации-смертника.
Пытаясь оживить древние формулы предков с помощью древних знаний, мы лишь создаём того же голема, который раздавит нашу цивилизацию той же силой смертоносности, которая погребла его создателей в древности.
Копирование знаний без осознания причин, почему от этих знаний произошёл крах цивилизаций — это называется когнитивный плагиат, за который история карает полным исчезновением.
Унаследованное величие — это долг, а плата за долг осуществляется ценой забвения.
Когда вы пользуетесь древними знаниями тех, кто в древности проиграл и канул в забвение, тот не понимает, что проигрыш и падение в пропасть забвения — это часть их технологии, которая вшита в знаниях древности.
Мы примеряем на себя суть древних знаний, не понимая, что внутри них до сих пор живёт тот самый механизм, который отправляет все цивилизации в мир забвения.
Принимая эстафету древних знаний, современники не осознают, что берут в руки разума не факел, а фитиль, который сгорел дотла.
Спящие восхищаются сложностью старинных формул бытия, забывая, что механизм и схема по которому исчезли их авторы, является неотъемлемой частью этого их финала.
Читая древние знания исчезнувших цивилизаций, читатель пьёт ту самую эссенцию, в которой растворена причина агонии тех, кто создал эту эссенцию.
Кто строит своё будущее по лекалам и по чертежам знаний исчезнувших цивилизаций не понимает, что в каждую линию знаний вписана ошибка, превращающая любое величественное здание в будущую руину.
Суть древних знаний, это механизм замедленного действия, который срабатывает именно в тот момент, когда цивилизация начинает верить, что полностью его освоила и достигла.
Примеряя на себя логику исчезнувших миров, мы заражаем свой разум их фатальным самообманом, выдавая их симптомы болезни и их провал за признаки величия.
Кто примеряет на себя логику исчезнувших древних миров, тот исчезает в забвении так же, как эти миры.
Тот самый разум, что погубил древние цивилизации, до сих пор живёт внутри их древних текстов, их древних знаний, ища новый носитель, чтобы повторить свой грандиозный цикл самоликвидации в пропасти забвения.
Восхищаться древними знаниями, это всё равно, что восхищаться устройством ловушек, в которых исчезли все цивилизации.
Единственное знание древних, которое могло бы нас спасти — это знание о том, почему их знания их не спасли, именно в этом заключается ясное понимание древних знаний.
Принимая эстафету древних знаний, многие не осознают, что они берут в руки разума то, что уносит в забвение.
Древние знания — это изящно упакованный механизм саморазрушения, поэтому многие, впуская его в свой разум как спасение, не замечают внутри затаившийся механизм забвения.
Древнее наследие — это программный код с вшитой «логической бомбой», которая открывает пропасть забвения и как только кто-то из вас копирует наследие знаний и распространяет в свою культуру, обратный отсчёт исчезновения цивилизации ускоряется.
Отождествляясь с силой знаний прошлого, мы схлопываем все возможные свои пути, превращая в тот самый единственный путь, что ведёт в то же древнее забвение.
Те, кто решит повторить путь исчезнувших цивилизаций, обречены столкнуться с той же проблемой, из-за которой всё кануло в забвение, ведь их следы исчезнут так же, как и следы древних цивилизаций.
Древние цивилизации невозможно обесценить, потому что факт того, что цивилизации исчезали в забвении, говорит сам за себя.
Крах цивилизаций всегда говорит о том, что исчезнувшие цивилизации невозможно обесценить или возвеличить, потому что сам крах цивилизаций говорит сам за себя.
Обесценить невозможно то, что является правдой жизни, поэтому невозможно обесценить то, что по факту исчерпало себя и исчезло в забвении.
Невозможно обесценить то, что себя обрушило, что себя раскрушило, что себя раскурочило, что себя размололо, что себя опустошило, что себя исчерпало, что себя осквернило, что себя распотрошило, что себя обглодало, что себя растворило в забвении.
Невозможно обесценить тот мир, который закладывает для других миров механизм забвения, в котором этот мир истлел.
Обесценить невозможно тот мир, от которого остался только пепел и руины, и призрачная пыль исторического наследия.
Обесценить невозможно то, что испепелилось из-за иллюзорного величия.
То, что произошло со всеми цивилизациями, это не негативная информация, это правда жизни их краха, их руин.
Истинный масштаб цивилизации измеряется не глубиной её фундамента, а тем крахом, который она оставила после своего исчезновения.
Невозможно обесценить то, что себя разрушило и превратило в пыль, что себя исчерпало, что себя осквернило, что себя обглодало, что себя растворило в забвении.
Невозможно обесценить то, что себя превратило в прах, у которого уже нет цены.
Руины цивилизаций — это не шрамы истории, а правдивое подтверждение того, что ничто земное не вечно, когда дело касается правды жизни.
Крах всех цивилизаций, это не негативная информация, а их финальная правда жизни с закономерным концом.
Правда жизни заключается в том, что каждая цивилизация строила себя на тех знаниях для того, чтобы однажды стать могильным мемориалом древнего самообмана.
Трагическое исчезновение цивилизаций — это не негатив, а свидетельство того, что она пользовалась знаниями и прошла свой знатный путь именно до того забвения, в котором отобразилась вся закономерность их наследия, их знания, их судьбоносного конца.
Дремлющие называют падение и крах цивилизаций катастрофой, а правда жизни самой природы рассматривает их крах генеральной уборкой для новых начинаний, для новых открытий, для новых миров.
Правда жизни не судит крах исчезнувших цивилизаций, правда жизни просто превращает в пыль тех, кто себя обманывал призрачными знаниями, пытаясь устоять на иллюзорных основах.
Руины цивилизаций — это зеркало их знаний, их разума и в этом зеркале видно, что их знания и их амбиции заканчиваются фатальной могильной тишиной.
Закат величавых цивилизаций — не повод для грусти, а напоминание о том, что время не берёт взяток за знания, которые отправляют всех в последний славный поход.
Крах цивилизаций — это высшая точка правды жизни: декорации ложных, древних знаний падают и обнажается только голое забвение.
Исчерпав себя, цивилизация становится аксиомой своих знаний и теперь больше ей не нужно ничего доказывать живым, куда их знания приводят все цивилизации.
Правда жизни заключается в том, что древние знания имеют предел и этот предел показывает, через какие былые знания, через какие былые ценности все древние цивилизации оказываются в мире забвения былых времён.
Лучший показатель былых ценностей и древних знаний — это тот крах, который отправил многие цивилизации в пропасть забвения былых времён.
То, что ушло в небытие, защищено от критики современников своей погребённой неподвижностью и свершившимся фактом своего забвения по лекалам древних знаний.
Цивилизация, достигшая своего края, превращается в эхо своих знаний, в эхо своего разума, который невозможно оспорить или обесценить, когда смотришь на совершившийся факт очевидного забвения.
Уход многих цивилизаций в забвение — это высшая форма правды жизни, которая показывает, что время их знаний истекло, оставляя место для новой правды, для новых знаний новых миров.
Смерть древних цивилизаций — это не признак слабости, а свидетельство того, что их цикл знаний, их цикл самопонимания, их цикл существования был прожит до конца.
Невозможно обесценить то, что стало пылью, ведь из этой пыли соткана почва, по которой мы ходим сегодня.
Древние знания цивилизаций превратили древние цивилизации в пыль, по которой мы сегодня ходим.
Факт исчезновения — это могильный монумент правды жизни, который говорит о том, какие плоды древняя цивилизация пожала по лекалам своих знаний, потому что только иллюзии оставляют после себя величественные обломки краха грандиозного самообмана.
Древние знания, которые казались для древних ценными, оставили после себя руины, прах и пустошь, которую невозможно ничем заполнить и оправдать.
Обесценивание древних знаний бессильно перед тем, что уже стало прахом, даже если этот прах до сих пор не забыт.
Ценность древних знаний заключается не в её долговечности, а в том, что эти знания отображают неизбежность забвения в финале.
Древние миры, которые исчезли по маршрутам древних знаний и по маршрутам древних верований — это фундамент правды жизни, который не нуждается в нашей похвале, в нашем поклонении и в нашем обесценивании, чтобы оставаться основой сущего за пределами древних знаний и верований.
Забвение — это не обнуление древних знаний, а её консервация эфемерности в тишине могильных песков.
Из-за каких знаний всё необратимо уходит в забвение, на самом деле показывает, какими знаниями заполнено пространство истории.
Мы не можем обесценить то, чего нет, ибо отсутствие древних цивилизаций говорит об их древних знаниях громче, чем говорили бы их руины.
Владимир Бертолетов
Цитаты из книги «Тайфун истины прелюдия непроизносимых тайн»
© Владимир Бертолетов 2 189
