Метафизический реквием в одном чемодане

Место действия: Номер отеля в Петрополисе (Бразилия). Окно открыто в душные джунгли, но внутри комнаты — холодный сквозняк из венских кофеен начала века. На столе — пустой флакон и стопка рукописей, пахнущих старой кожей и обреченностью.
Действующие лица:
• СТЕФАН: Человек безупречных манер и надломленного сердца. Его костюм отглажен для встречи с Вечностью.
• ОБВИНЯЮЩИЙ (ГОЛОС НАСТОЯЩЕГО): Скрежет гусениц по брусчатке, крик пропаганды, лязг засова.
• ТЕНЬ ЕВРОПЫ: Прекрасная женщина в вуали, чье платье сшито из обрывков сожженных партитур Моцарта.

ЯВЛЕНИЕ ПЕРВОЕ: ГРАНИЦЫ И БЕЖЕНЦЫ

ОБВИНЯЮЩИЙ (Голос):
Стефан Цвейг! Ты обвиняешься в дезертирстве из Времени! Ты сбежал за океан, но не смог сбежать от своей тени. Ты оплакиваешь «Вчерашний мир», когда Сегодня захлебывается кровью. Почему ты не взял в руки меч, а взял лишь перо и яд? Ты — эстет, бросивший дом в огне ради мечты о тишине!

СТЕФАН: (Медленно завинчивает колпачок золотого пера)
Мой дом не стены. Мой дом — дух, который вы превратили в казарму. Я не дезертир, я — последний гражданин мира, который больше не существует. Вы стерли границы на картах, чтобы нарисовать их на сердцах. Я не могу дышать воздухом, в котором нет кислорода культуры. Мой «Вчерашний мир» был несовершенен, но он был человечен. Ваше «Сегодня» — это триумф воли над смыслом.

ЯВЛЕНИЕ ВТОРОЕ: БЕЖЕНЕЦ В БЕСКОНЕЧНОСТЬ

ТЕНЬ ЕВРОПЫ: (Шепчет)
Стефан… Мы опоздали. Вальс смолк. Скрипки разбиты. Зачем ты хранишь эти письма?

СТЕФАН: (Встает, и комната начинает медленно заполняться призрачным светом золотого века. Он произносит Манифест Уходящего Света)

Я и Грязь — НИКОГДА.
Я и Тень — НИКОГДА.
Я и Цепь — НИКОГДА.
Я и Прах — НИКОГДА.
Я и Хаос Варваров — НИКОГДА.

Я и КРАСОТА — ВСЕГДА!
Я и СВЕТ — ВСЕГДА!
Я и СЛОВО — ВСЕГДА!
Я и ПАМЯТЬ — ВСЕГДА!
Я и ЕВРОПА ДУХА — ВСЕГДА!

Я и Я — ВСЕГДА!

ЯВЛЕНИЕ ТРЕТЬЕ: ВЕРДИКТ ВЕЧНОСТИ

ОБВИНЯЮЩИЙ (Голос):
Твой вердикт — поражение. Ты уходишь, оставляя мир зверям. Твоя нежность — твоя погибель.

СТЕФАН: (Кладет руку на рукопись «Шахматной новеллы») Нет. Моя нежность — моё спасение. Вы можете сжечь книги, но не можете убить ностальгию по Чистоте. Я ухожу не потому, что проиграл, а потому, что закончил свою часть партии. Я сохранил Слово в чистоте, пока вы мазали его сажей. Ищите меня в тишине библиотек, когда устанете от грохота пушек.

(Стефан гасит лампу. В темноте джунгли снаружи внезапно расступаются, и на миг в небе Петрополиса загораются огни старой Вены. Слышны далекие звуки вальса, переходящие в тихий шум дождя.)

ЗАНАВЕС.