Ни зимы, ни лета, ни планов на личный рост…
50 оттенков серого за карнизом. Город горбит тоннели и новый мост. Ты стоишь восклицательным знаком — в бумажный рост, и небесный ласковый свет на тебя нанизан.
А ты чувствуешь каждый камень, кору Кремля, видишь след столетий, пропущенных через площадь. На четвёртой стадии февраля Пастернаком плачется и полощет.
Ты умеешь кнутом и пряником, ждать молчком, заводиться от полуслова и полувзгляда разноцветным, сделанным в СССР волчком, закалённым в период его распада.
Никогда не берёшь взаймы, не несёшь сумы, веришь в то, что счастье не продаётся. Это внутриутробный баланс перемирия и войны, это пляски босого канатоходца…
У тебя ресницы обожжены.
Потому что под ними восходит солнце.
Восходит солнце.