Радостью упиваться
И танцевать под дождем,
Нового не бояться
И не жалеть ни о чем,
Верить и восхищаться
Миром, что Богом дан,
И наконец прощаться
С болью ненужных драм,
Сердце открыть надежде
Блага дары принять,
Чтобы гореть, как прежде,
И в темноте — сиять.

Взрослею, и судить совсем не хочется, всё чаще хочется обнять, боясь погрязнуть в одиночестве, решила святость не искать.
Всё реже я являю стойкость, себе я позволяю слабой быть, да, я ранима, скрыта колкость, всё больше хочется любить.
Отбросив маски, не скрываю нежность и с щедростью немыслимой дарю, гнездится где-то в сердце безмятежность, и близится мой возраст к сентябрю.

Как Вам живётся, моя дорогая,
Счастлив ли с Вами другой?
Или, как многих, смеясь и играя,
Щедро клеймили тоской?
Кто Вам ночами, любимая, снится,
Может ли статься, что я?
Кружите в памяти радужной птицей,
Но прикоснуться нельзя.
Сколько искал я, но так и не встретил
Ту, что затмила бы Вас,
Мысли о прошлом болезненней плети…
Больше не ждите, я — пас.

Если и жалею, сдуру, Боже,
То, пожалуй, только об одном —
Принимала за родных прохожих,
И смирялась нехотя потом.
Впрочем, опыт — дело наживное,
Пусть наивность вызывает смех,
Сердце незакрытое — живое,
И жалеть об этом точно — грех.

О, Господи, как хочется проснуться,
Услышать, что закончена война,
И в синь небес бездонных окунуться,
И с радости напиться допьяна.
И выдохнуть, смогли, преодолели,
Мы справились, безумию назло!
Чтоб те, кто уничтожить нас хотели,
Сказали: — Вот опять им повезло…