У Фрейда есть одна метафора, которая мне нравится. Представьте, что ваша психика — это большой дом, в котором все заняты своими делами: кто-то готовит еду, кто-то убирает, кто-то стирает, кто-то ругается между собой, но в общем все как-то живут и худо-бедно находят общий язык. А теперь представьте, что в этот дом попадает метеорит и прошибает крышу. И начинается сильный дождь, который льет без остановки в эту самую дыру. Что сделают жители этого дома? Они бросят все свои дела, оставят на «потом» ссоры и неприязнь и побегут (кто с тазиками, кто с ведрами) спасать свой дом и свое имущество. Не обращать внимание на случившееся не получится, надо что-то с проломленной крышей делать. Вот и с психической травмой все то же самое- что-то вторглось в твою психическую реальность и жизнь теперь пойдет другим путем. И можно сколько угодно делать вид, что все как прежде, но дыра в потолке, откуда хлещет вода угрожает твоему «имуществу», а может и несущим конструкциям твоего внутреннего дома, поэтому психика будет возвращать тебя к ней навязчиво повторяющимися ситуациями в надежде хоть как-то с ней справиться.
С позиции психоанализа, травма — это некое избыточное воздействие извне, которое оставляет брешь в психике, вынуждая наш психический аппарат функционировать как-то иначе. Это событие переполняет защитные механизмы психики и приводит к тому, что травматический опыт «застревает» в бессознательном. Психотравма — это заноза в оболочке Я. Она напоминает царапину на пластинке нервной системы, которая не позволяет услышать мелодию жизни целиком и образует «капсулу аффекта» (травматическое ядро), запускающую навязчивое повторение. А внутри этой «капсулы» находится уязвимость, недостаточность и хрупкость, которые будут проявляться на всякий раз, когда человеку предстоит справляться с жизненными трудностями.
Травма, согласно Фрейду, происходит в режиме последействия. Т.е, не в тот момент, когда событие случилось (в это время человек еще не может осмыслить происходящего), — это первый такт травмы, а в момент второго такта, который это травму актуализирует. И между первым и вторым тактом иногда проходят годы, а иногда всего несколько дней или часов. Но чтобы травма состоялась, всегда нужен второй такт.
Фрейд считал, что основным защитным механизмом при психотравме является вытеснение. Травматические воспоминания вытесняются в бессознательное, чтобы избежать болезненных эмоций. Однако, вытесненные воспоминания не исчезают, а продолжают влиять на поведение и психическое состояние, проявляясь в виде симптомов и других следов.
Любая травма оставляет в психике свои следы в виде телесных ощущений, тревоги, депрессивных эпизодов, боязни потери контроля, страха отвержения, нелюбви к себе, ночных кошмаров и неспособности доверять другим людям. И она множественно детерминирована (т.е имеет несколько причин своего возникновения). Но если смотреть на психотравму как на некую брешь или дыру, то мысли о ней и фантазии — это заплатки, сотканные из ткани символического для того, чтобы эту дыру как-нибудь прикрыть. И когда происходит ретравматизация (повторное событие, активирующее психотравму), ткань «заплатки» разрывается, и человек заново сталкивается с дырой травмы, которая была нанесена ранее. При любой новой потере открывается проявление «первогоря» и появляется риск того, что старая «рана» откроется вновь.
Вы знаете, не каждое травматическое событие приводит к психотравме. Реакция на травму зависит от многих факторов, включая индивидуальные особенности человека, его прошлый опыт, наличие поддержки и т.д. Но если травма уже произошла, не стоит делать вид, что ее нет — когда пойдет дождь «дыру в крыше» игнорировать не получится. Да и латать крышу в непогоду- дело неблагодарное, скажу я вам, и весьма накладное…
Клинический психолог
© Ольга Караванова 968
