Тихо-тихо… На цыпочках… И не дыша…
По канату шажками мелкими…
В предрассветный туман засмотрелась душа…
Ночь мой пульс отмеряет стрелками…

Открываются створки… Темнеет проём…
За окном — ни стыда, ни совести…
И опять под «одним на двоих» фонарем
Вместе-порознь слагаем повести…

Задыхается время в июльской жаре…
Руки стынут в необнимании…
Сны за снами… Я где-то в твоём сентябре…
Счастьем плачущая заранее…

Силуэтом акации брезжит рассвет…
Пахнут морем надежды с верами…
Не слагается лирикой мягкой сонет…
Крою рифмами-офицерами…

«Миллиардные» сутки на части кроша,
День за год отбиваю мысленно…
В предрассветный туман засмотрелась душа…
Он такой, как и ты… Единственный…

Привет-привет. Пока-пока. И утро вечера
Не мудренее, но уж точно безразличнее.
Психсостояние в анамнезе отмечено
Как обострение «всё пофиг-поэтичное».

Эгоистично джин лишая дозы тоника,
Не пропуская солнца свет слоновьей кожею,
Бездумно вписываю в мартовские хроники
Дни-близнецы, до примитивности похожие.

Как повелось с крестин, нежданной и негаданной
Блукаю вёснами — без имени и отчества.
Смешно оплачивать любовь нательной ладанкой,
Когда цена ей — пустота и одиночество.
… показать весь текст …

Усталость век дрожанье выдаёт,
Под пальцами станок клавиатуры
Рождает свой обугленный полёт
В изломах городской архитектуры.

Одним лишь взглядом строятся дома,
Углами подпирая край Вселенной,
В деструкции души сойти с ума —
Так просто и совсем обыкновенно.

Но он на грани сдвига жёстких плит,
Выравнивает сердца амплитуду,
И, стиснув зубы, зная, где болит,
Вытаскивает жизнь из ниоткуда.
… показать весь текст …

Дни катились в зимней спячке пёстрым колесом.
Он был первым настоящим в её жизни сном.
Может, видела немало и любила в них,
Но ни разу не бывало счастья на двоих.

Он о ней почти не помнил. И она — едва.
И к утру бездумно-сонно никла голова
В бесконечные спирали трехминутных грёз,
Где их мир был идеален — слепо, но всерьёз.

Он не таял от знамений эйфории сна,
И в тепло своих коленей куталась она.
Мог ли знать их разум бренный гул сердечных бурь,
Подливая внутривенно в алый цвет лазурь?
… показать весь текст …

Подёрнуты рябью кривые апрельские лужи,
Щербатое солнце за тучами прячет свой профиль.
Уходят любимые, шарф намотав неуклюже,
Оставив в душе — сквозняки и невыпитый кофе.

Уходят без боли, с собой прихватив втихомолку
Всю россыпь любви, второпях рассовав по карманам.
А мы достаём из потёртой шкатулки иголку —
Затем, чтобы штопать сердечные рваные раны.

Колеблется пульс на границе холодного фронта,
Синоптик-печаль режет небо на части незримо.
Но так уж устроены судеб людских горизонты,
Что лютую смерть принимаем от самых любимых.
… показать весь текст …

Задохнулась. Забрызганы лёгкие тёмной свернувшейся кровью.
Катается сердце булыжником по мостовой
Погибшей души. Тихий ангел, приди к изголовью
Измятой постели. Приди ко мне — еле живой.

Задохнулась. Оборваны стрелки с размазанных дней циферблата.
В дрожащие пальцы зажата последняя нить
Осенних прелюдий к раздавленной точке возврата
Поруганной веры, с которой захочется жить.

Задохнулась. Измученный ангел сидит на кровавой подстилке.
Нет шансов спасти. Спой мне песню. Засну — поминай.
Я останусь улыбчивой тем, кто смотрел фотоснимки
Со мной, дышащей солнцем. Не дышится больше. Прощай.