Очень сложно говорить об учителе в моде. Учитель-это школа, похожесть. Главная наша задача-быть непохожим.

Платья, как дети, требуют внимания. С каждым проводишь много времени, знаешь его до мельчайших подробностей. Так его изучишь, что уже просто видеть не можешь. Кажется, что всё в нём неправильно, всё могло быть совсем другим, а проходит время-смотришь на него уже спокойно. И вроде ничего. Поэтому я так люблю новые вещи.

Распространён стереотип, что у нас женщины менее ухоженные, чем на Западе-это из той же оперы, что у нас вечная зима и по улицам медведи ходят, а на самом деле всегда, даже в сложное время маленьких зарплат, наши женщины изыскивали возможность красиво одеваться, находили модную помаду, духи. Этот факт как-то забылся сейчас.

Я помню, как пришел к нему учиться в Дом моды на Проспекте мира. Это было просто незабываемо, каждая встреча и все годы, проведенные рядом с ним. Была совместная работа, я посещал его мастер-классы, фотосессии. Я мог наблюдать как он творил искусство и историю, это дорогого стоит. Я помню, как он приглашал меня в командировки, и на встречи. Это всегда было познавательно, масштабно, красиво, поучительно. Это было так давно. Он помогал многим, особенно молодым и начинающим дизайнерам. Был очень открытым. И большим профессионалом своего дела.

Мода-это то состояние, которое надо ощущать на себе. Надо видеть, идёт ли это, подходит ли это именно тебе. Художники вне политики. И если ты общаешься с политиками, а я их повидал много, это можно делать, только если относишься к ним, как к людям. Меня так давно критикуют, что я уже привык. Вся жизнь в моде-это критика. Если будешь постоянно в восхищении, то уже не станешь жизнеспособным художником. Поэтому я считаю, что хейтеры тоже должны быть.

Моей первой школьной учительнице, Людмиле Ильиничне, было за 70.
Несколько пап и мам нашего класса приходили на родительские собрания с трепетом, потому что сами у неё учились когда-то. Однажды она сказала со вздохом: «Учишь их, учишь, а через каждые двадцать лет возвращается ушастая копия, и снова как с чистой доски…»