Между нами письмо в столетие – Наташа Воронцова

Между нами письмо в столетие,
Искус нежности, след беды,
Неприкаянность междометия,
Свет горящей во тьме звезды,
Между нами стоит пророчество-
Превращаются в прах мечты,
Исступлённость и одиночество…
Жаль, что создал всё это — ты.

Я за то его люблю,
Что я с ним красивая,
По ночам теперь не сплю,
Девка я игривая,
Раньше то была «не тронь»
Стала ненасытною,
Пусть горит в груди огонь,
К ласке любопытна я.
Вот что значит мужика
Встретить настоящего,
Я прекрасна и легка,
В нежности парящая.

Чувствую себя уставшим февралем, не зима и не весна, а что-то между… То морозами пугаю, то дождем заливаю глупую надежду, что проснусь, и солнышко в окно, птичий гомон растревожит душу, и любовь, забытая давно, мой покой, ненужный мне, нарушит. И опять, всем бедам вопреки, я смогу беспечно улыбаться и случайно встречусь у реки с тем, с кем я хотела бы остаться. А в далекой радужной стране, где зима и снег в разряде чуда, кто-то видит облик мой во сне, но не помнит, кто я и откуда…

Так хочется любви большой и чистой, мешают опыт, совесть,
муж.

Я многое, конечно, знаю, но страсть девается куда?

Ждала я вечного полёта, была обещана звезда, на деле быт, свекровь, зевота и к празднику сковорода.

Фантазий девичьих не счесть, прискачет принц, доставит в сказку, а отдаём по сути честь за право пользоваться лаской хоть регулярной, но скупой, зато присутствует покой.

Семья нужна, никто не спорит, иначе с кем общаться нам без слов?

Поцелуй меня, мой хороший,
Попрощаться пришла пора.
Все следы зима запорошит,
Мы же знали, любовь — игра.
Мы же знали, наступит время
И решим, что любовь — пустяк,
Разве ты хоть когда-то верил,
Что сердца наши бьются в такт?
Я так долго за счастье билась
И пыталась любовь беречь,
Ты же знаешь, не получилось,
Не хочу ни речей, ни встреч.
Будут вёсны, рассветы, грозы,
Повстречается мне другой…
… показать весь текст …

Не клялась ни в любви, ни в верности, но любила, была верна, не сходила с ума от ревности, потому что сама честна, не судила и не рядила, каждый сам себе прокурор, сердце часто от боли ныло, но и в бедах был светел взор, я прощалась и отпускала, закрывала за прошлым дверь, не боялась начать сначала, не считала своих потерь. Твёрдо верила, всё во благо, после бурь хорошо в тиши, глупо ныть, вот перо, бумага, тьма пугает? Про свет пиши!