«Нелепый, безосновательный и обостряемый извне спор между Русью Московской и Русью Киевской — есть наш внутренний спор, никого более не касающийся, который будет разрешен нами самими…»
Россию делить нельзя, нельзя раздавать ее территории направо и налево. Тем более если речь идет о землях, где испокон веков жили славяне. Об этом очень веско высказывался генерал Антон Иванович Деникин.
Некоторые историки, в их числе американец Питер Кенез, считают, что Деникин практически единственный из лидеров тех времен, кто не собирался идти ни на малейшие уступки местным националистам. Да и о каком новом государстве шла речь? Генерал уже тогда указывал на то, что жаждущие независимости Украины чуть-что сразу бегут просить помощи в Европе:
«Нелепый, безосновательный и обостряемый извне спор между Русью Московской и Русью Киевской — есть наш внутренний спор, никого более не касающийся, который будет разрешен нами самими…»
Белогвардейский военкачальник считал, что белорусы, русские и украинцы (малороссы) — это составные части одного большого народа. Так думал не только Деникин, это точка зрения всех белогвардейцев. Кто-то выражал ее совсем радикально, например белый идеолог В. В. Шульгин, считавший Петлюру и Скоропадского врагами России и русского народа, оккупантами.
Деникин уточнял, что сами по себе Скоропадский и Петлюра ничего на значат, а их «державы» держатся австрийских, польских и германских штыках. Петлюровцы вообще были «и для наших, и для ваших», хотели договариваться с большевиками. Кроме них на «украинских» территориях часто появлялись разные атаманы-батьки, которые бегали от белых к красным, от петлюровцев к полякам, в перерывах объявляя о собственной независимости. Более того, движение Петлюры, где тот выступал за создание независимой Украины — это предательство по отношению к славянскому народу:
«Ни о каком независимом украинском государстве не может идти речи, их лидеры, вчерашние батраки у малорусских сахарозаводчиков и польских магнатов, считают, что государство — это село, что они могут его построить, будто вскопать огород после плашки горилки. Украинство — эталон бахвальства и местечковой ограниченности, не видавший ничего дальше канавы своего хутора».
Генерал считал, что национализм Украины — это проект немецкого генштаба, а это даже хуже, чем большевики (которых Деникин, впрочем, тоже причислял к проекту генштаба Германии).
В своем «Обращении к Малороссии» Деникин указывал на то, что главной целью Добровольческой армии является объединение всех русских земель, возвращение утраченного единства русского народа. Генерал не воспринимал население Малороссии, как какой-то отдельный народ, не называл их украинцами.
Белогвардейцы какое-то время вообще не замечали, что Петлюра и Скоропадский строят свои националистические державы. Да и не до того было — шла борьба с большевиками. Но в 1919 году войска белого генерала Деникина в ходе удачных боев заняли всю территорию Малороссии. И тут уже пришлось думать, как поступить с населением этой территории, и как избавиться от армии УНР, которая (как у них обычно бывало) потихоньку пополнялась разными проходимцами.
Войска Петлюры Деникин и его офицеры воспринимали, как тех же Никифора Григорьева и Нестора Махно. И в августе 1919 года Белая армия избавила Киев от петлюровцев, хотя, если бы те вели себя тихо, а не прыгали по площади, срывая и растаптывая русские флаги — то Деникин не трогал бы их. Петлюре были предложены условия: роспуск армии и нейтралитет в борьбе, слияние с ВСЮР и принятие идеи неделимой России (при этом Деникин указывал на автономные окраины,
Правда, армия УНР для Деникина была на раз плюнуть, серьезной он ее не считал, и договариваться на равных с Петлюрой не собирался. При первых же боях УНР-овцы все равно разбегутся, им не привыкать, или же втихую пойдут договариваться с большевиками — предателей среди этих «искателей приключений» всегда хватало.
Обращение Деникина опубликовано в киевской газете
Однако в своем обращении к народу Малороссии Деникин подчеркивал, что у них будет местное самоуправление, не будут притесняться их национальные особенности, обычаи и местный язык. Хотя государственным языком объявлялся русский, но разрешалось пользоваться украинским в школах (частных), в органах местной власти, прессе и в судах.
Белый генерал прямо говорил, что враги России стремятся ослабить страну, поэтому поддерживают движение, стремящееся отделить от государства девять его южных губерний под эгидой «независимой Украины». И эти враги — не большевики, а украинские националисты
