Накину с утра сарафанчик,
Босой пробегусь по траве,
Украл моё сердце обманщик,
Но что-то не плачется мне.
Пусть травы излечат печали,
И горести смоют дожди,
Мне птицы вчера прокричали —
Всё сбудется, милая, жди!

Взрослею, и судить совсем не хочется, всё чаще хочется обнять, боясь погрязнуть в одиночестве, решила святость не искать.
Всё реже я являю стойкость, себе я позволяю слабой быть, да, я ранима, скрыта колкость, всё больше хочется любить.
Отбросив маски, не скрываю нежность и с щедростью немыслимой дарю, гнездится где-то в сердце безмятежность, и близится мой возраст к сентябрю.

Как Вам живётся, моя дорогая,
Счастлив ли с Вами другой?
Или, как многих, смеясь и играя,
Щедро клеймили тоской?
Кто Вам ночами, любимая, снится,
Может ли статься, что я?
Кружите в памяти радужной птицей,
Но прикоснуться нельзя.
Сколько искал я, но так и не встретил
Ту, что затмила бы Вас,
Мысли о прошлом болезненней плети…
Больше не ждите, я — пас.

Радостью упиваться
И танцевать под дождем,
Нового не бояться
И не жалеть ни о чем,
Верить и восхищаться
Миром, что Богом дан,
И наконец прощаться
С болью ненужных драм,
Сердце открыть надежде
Блага дары принять,
Чтобы гореть, как прежде,
И в темноте — сиять.

А печаль придёт без спроса,
Молча сядет у окна,
Словно ночь, темноволоса.
Околдует тишина.
В тишине возникнут лица,
Чёрно-белое кино,
Тех, кто очень часто снится
И потеряны давно.
Отзовётся болью в сердце
Ими данное тепло…
Где найти в былое дверцы?
Не получится. Ушло.

Я шагала, как в бреду, гордо тешила беду, улыбалась, в горле ком, за спиной остался дом. Я шагала налегке, тень надежды в рюкзаке, а за мной плелась молва, сплетни, точно кружева в незатейливом узоре, вслед кричали о позоре. Я упорно шла вперёд, я не знала, что там ждёт, но остаться не хотела там, где сердце холодело, где меня предавший счастлив, и под градом из напраслин, уходила в никуда, а со мной, сестрой, беда. Но я помнила, что где-то есть места, там правит лето,
там добро сильнее зла, от любви былой — зола, но в пути душа крепчала, смех и радость привечала, горечь выпита до донца, мне в окно струится солнце!