Ночью за моим окном прохлада.
Мокрая дорога от дождя. Фонарь с какой-то суетливой мошкой. Ополовинена луна. Звезда висит, неподалеку. Шуршанье города всё глуше, тише. И тянет такой свежестью, таким покоем.

Всё счастье жизни — в маленьких вещах.
Потом по ним же и тоскуешь. Именно по ним.

Не вспоминаю слов, любых речей из дней, когда был счастлив. Но не могу забыть простых вещей. Всё счастье прошлого разбито на фрагменты — запахи и звуки, свет, прикосновения и холод, вкус, какие-то места. Всё то, что было незначительным, тогда.

Листаю память медленно, не торопясь. Почти не вижу лиц, но чувствую и помню их присутствие. В соседней комнате, на кухне, в телефонной трубке. И ощущение, что скоро позовут. Во двор, к столу, на встречу, вечер, на прогулку. Ещё минута, полторы — услышу голос, что пора.

Когда один и в тишине, брожу по каждому из этих мест. Стою невидимо во всех этих дворах, подъездах, у дверей, смотрю на окна. Всё жду, ещё мгновение — и выглянут в окно, окликнут во дворе.

Откроют дверь.

Время от времени мне кто-то снится. Бывает даже, что пройдёт помногу лет и отболело всё, и улеглось, забылось. Как вдруг, нечаянно во сне — привет. И разговоры ни о чём, или места, неясно где. Но навещают.

И я в ответ, кому-то тоже, снюсь. Мне говорят об этом, иногда, а чаще, думаю, не говорят. А если говорят, я вполушутку и вполусерьёз:
— Ну я, надеюсь, вёл себя прилично?

Прилично, говорят, всё хорошо. И я шучу уже чуть дальше, но внутри — а вот прилично — это правда хорошо? А вдруг мне дали шанс хотя бы там, во сне, переиграть судьбу. А я не разгадал, не понял, промолчал.

И человек, которому я снился, вдруг проснётся и лежит, задумавшись. Об этом сне и этой встрече. И других. Которые давно.

Когда за каждой такой встречей поворот судьбы.

Пишу историю монастыря. Женского. Очень интересно. Огромный, разнообразный, знакомый-незнакомый мир.

И там встречаю новые слова. Каждое такое слово — путешествие. Вытаскиваю с полки Даля, раскрываю, ворошу страницы, нахожу гнездо (у Даля гнездовой словарь, слова кучкуются), читаю. Наслаждение.

Так вот, в начале XVIII века в том монастыре была такая должность-послушание — будильница. И так мне это слово приглянулось, так понравилось, так зазвучало! Как переливы, с отблеском, ручья.

И вот пошла…
… показать весь текст …

Пытаешься заснуть? Привет, ТЫСЯЧА И ОДНА мысль…

И никто не узнает, как скулит ночами душа, которая днем смеётся…