Чем зависимее мы, тем слабее:
От страстей, людей и погоды.
И можно выглядеть, чем быть, сильнее,
Но нам не обмануть природы.

А можно взять себя в руки и бросить.
И не бояться падения.
Но придется тогда у себя спросить:
«Достоин я уважения?»

Деревья подготовились к зиме:
Безлики, безучастны, молчаливы.
Смирившись с неизбежностью вполне,
В канву зимы вплетают лейтмотивы.

И только роза алая в снегу
Продрогла от дыханья ледяного.
Она в отчаянии ждёт пургу.
Тепло ушло, и не вернуть былого!

Природе непокорность не нужна.
И в тленье ей видна необходимость.
Всему свой срок, им насладись сполна.
Прими достойно всё ж неотвратимость!

Не все фантазии становятся мечтами,
Не всем мечтам стать явью суждено.
И в суете себя не потерять с годами
Так важно, но, увы, не всем дано.

И, сбросив груз своих мучительных терзаний,
Сотрём тревогу без причин с лица.
Пусть завораживает нас предел мечтаний!
А мысль высокой будет до конца!

Пленительную иллюзию любви
Случайной женщине ты благосклонно даришь,
Наивную впечатляя визави.
Но страстью мимолетной сердце не обманешь!

Взаимная любовь — плод романиста?
Мечта воображения чувствительных особ?
Однако страсть проходит очень быстро.
И, постепенно остывая, чувствуешь… озноб.

Обитаемый мир за пределами нашей солнечной системы, где ты?
Надежду на поиск человеку вселяют экзопланеты
И панспермия — возможность переноса жизни во Вселенной
От одного объекта к другому, чтоб была она нетленной.

Вглядываюсь в мириады звёзд — космическую паутину!
И я верю в такую жизнеутверждающую доктрину!
Танцующая Вселенная в бесконечном движении,
Сотворении, разрушении, взаимном притяжении.

Ох, не спится мне, не лежится,
И люто гложет тоска изнутри.
Взмыть бы в небо мне вольной птицей,
Оставив жертвенные алтари.

Воспарив над обществом стресса,
Наслаждаться свободой, покоем.
А в облаках не шумит пресса,
Только ветер! И я с ним — изгоем.