Своя, до кончиков волос своя.
Тобой я жил, дышал одной тобою.
Но страсть откланялась и тИхонько ушла.
Ну стань же ты хоть чуточку чужою.

Как здорово, когда есть люди, с которыми можно быть самим собой, даже не задумываясь о том, что тебя не поймут или осудят. И замечательно вдвойне, когда знаешь, что тебя не только поймут, но и поддержат…

Не пытайтесь сохранить изжившие себя отношения…
Лучше вспоминать любя, чем ненавидя…

Как часто обжигает нас
То, что когда-то согревало…

Как же приятен сердца огонек,
Тепло души и милых глаз сиянье.
И не уютно: когда взгляд жесток,
На сердце лед, в душе непониманье.

Ты… Ты опять танцевала этот танец, не похожий ни на какой из существующих — это был твой танец и в нем была ты. Как всегда — вся Ты. Но в этот раз было что-то особенное — что-то не так… Вроде бы все, как обычно, ан нет… И манера движения та же, и томно прикрытые глаза, вспыхивающие в полуобороте рваного ритма танца невероятным, маняще интригующим взглядом, приправленным бесновато ангельской улыбкой; от чего по телу разливалось тепло, и некой негой блаженства наполнялось все видимое пространство. Реальность превращалась в удивительную сказку, заставляющую забыть обо всем, что не связано с тобой. Только ты и я — только я и Ты.