Для кого-то ты — целый мир, а он для тебя — душная форточка.

Не трогайте поломанные души, если не чувствуете в себе силы исцелить их любовью.

Мне все сложнее находить тебе оправдания. Подбирать слова, щадить твое самолюбие, не ранить гордость. Возвышая тебя, я каждый раз забиваю себя. Стоишь на моем хребте, как на пьедестале почета. У каждой твоей медали есть обратная сторона. В виде слез, слепой веры в тебя. Вчера ты об этом помнил и ценил, сегодня воспринимаешь, как должное, а завтра — и не вспомнишь. Будешь наивно полагать, что всего достиг сам. Дальше пойдешь один, воспринимая меня, как обузу. Налегке, ведь оно быстрее, проще… все выше и выше, по головам, по чужим судьбам подошвами дорогих ботинок. Тебе это стало привычно, а я лишь перекрещусь, что дальше один, без меня.

Я не обещала, что будет легко. Говорила что будет незабываемо. Так и вышло… не сможешь забыть такое никогда и стороной обходить похожих…

Ты упрямо твердишь, что нужно во всем идти до конца. Любая чаша должна быть испита, чтобы перевернуть и до последней капли. А я люблю оставлять после себя послевкусие. Оставлять себя ровно на глоток. Чтобы ты разрывался между желанием испить и растягивать как можно дольше. Буду манить тебя своей последней каплей на губах. Будешь проводить сухим шершавым языком, чтобы еще раз почувствовать меня, оставить в памяти, запечатлеть под кожей. Будешь сходить с ума от желания повторить. Бродить среди полок и искать меня среди сотен ароматов, вкусов. Пробовать, плеваться, морщить нос. Иногда бежать в уборную после очередного неудачного эксперимента. Будешь упорно искать среди многих. Я — твое послевкусие. Горькое, незабываемое, жгучее.

Какое количество жизни мы тратим, на то, чтобы терпеть. Терпим каждое своё. Плохих начальников, обиды от близких, хамство посторонних. Много чего. Назову одним словом. Нелюбовь. Поэтому и чахнем, задыхаемся, черствеем. Равнодушные, безучастные, пустые. У этого только одно лекарство — любовь. Лечитесь.