Слабый найдёт оправдание.
Сильный себя обвинит.
Жизнь — это есть созидание.
Солнце стремится в зенит.

Слабый утешится малым.
Сильный вершину возьмёт.
Но чтобы сердце играло
Нам недостаточно нот.

За окошком бродит осень, за порогом.
В платье сереньком промокшем и убогом,
В лоскутах оно, изорвано ветрами.
Неприлично надевать такое даме.

С головой слегка приподнятой по жизни
Осень гордая идёт навстречу тризне,
Улыбается, краснеет и рыдает —
Каждый месяц она разною бывает.

В сентябре — она игривая молодка,
Красота её пьянит сильней, чем водка,
Синеокая, в цветастом сарафане
Говорили в Польше «Бардзо файна пани!»
… показать весь текст …

Ветлечебница. Старушка
с фокстерьером на руках.
Бабка шепчет псу на ушко:
(боль в глазах её и страх)
- Потерпи, дружок мой верный,
скоро врач поможет нам…
(Есть же — люди, милосердны
к слабым, детям и зверям…)
Пёсик мордочкой прижался
к самой лучшей из людей,
нос лизнул, в комочек сжался —
жизнь свою доверил ей.

Вышла врач и улыбнулась
… показать весь текст …

Счастье — оно молчаливое, словно исток у ручья…
Часто мы слышим: «Счастливая! Только, конечно не я…»
Счастье — оно не кричащее! Тихое, чтоб не спугнуть…
Только тогда настоящее, если не полно чуть-чуть.
Счастье — оно не бахвалится и не блестит «Ох!» и «Ах!»
В глазках мерцает и плавится масляным светом в зрачках.
Счастье — оно не завистное! Скромное счастье, поверь!
И уж совсем бескорыстное! Как же найти его дверь?
Счастье не любит помпезности! Не выставляй напоказ!
В жизни бывает с погрешностью,…
… показать весь текст …

Он ей не говорил, что любит очень.
Не говорил, но много лет любил…
Он ей дарил мечты, цветы и ночи,
И жизнь свою до мига посвятил.

Он ей не клялся в верности до гроба,
Но каждый день был рядом, словно паж.
Считал её он женщиной особой
И выполнял шутя любую блажь.

Не говорил он много и стихами,
А чаще улыбался и молчал…
Детишек наставлял: «А это маме!»
В семье её «мамулечкою» звал.
… показать весь текст …

А ты следишь за собственным полётом,
И на себя со стороны глядишь.
Иль ждёшь, когда тебя увидит кто-то
И скажет, что не серая ты мышь.
А — чёрная, летучая — другая,
Способная уснуть ногами вверх…
Но правда жизни — злая и нагая
Когда — нибудь уравнивает всех.