Юность. Начало появления робкого аппетита, перерастающего в волчий. Мечты о еде, её робкие, но настойчивые поиски. При нахождении пищи беспорядочное, дикое, хаотичное потребление без разбора, жадное запихивание руками, набивая полный рот, глотая большими кусками, плохо пережёвывая. Как следствие — отрыжка, головная боль (при еде без «средства от головной боли»), изредка другие болезни.

Зрелость. Формирование вкусов, пристрастий. Едок становится гурманом. Уделяет внимание сервировке, оформлению и меню. Ест не спеша, с чувством, толком, расстановкой. Почти все едоки со временем, за редким исключением, становятся владельцами роскошных ресторанов, обворожительных кафе, легкомысленных летних площадок, уютных пивных баров, а также столовых, закусочных, блинных, чайных, вареничных, распивочных, и т. д., и т. п. Украшают их дорогим антиквариатом, столовым серебром и золотом, витражами и хрусталём, зеленью и драпировкой, а также и скромнее: пластиковыми столиками, деревянными лавками, бокалами и кружками, рушниками и салфетками. Владея этими храмами пищи, мужчины регулярно устраивают для себя ритуалы поклонения, пиры, вакханалии, обеды, ужины, полудники, вечерники, но в основном ночники. Нередко сухие завтраки на скорую руку. И это происходит каждый день, раз в день, три в день, через день, через два, раз в неделю, с аппетитом и пресыщаясь. Изголодавшись, забегают в соседний ресторан, кафешку, пивнушку. Украдкой утолить лёгкий голод, после которого наступает эйфория, мечтательность, приподнятое настроение, крылья за спиной, отрыжка, несварение, раскаяние, возврат к привычному меню, к своей национальной, родной и милой кухне. Года идут, и стены храма-кухни покрываются трещинами, штукатурка сыплется, обеденный зал теряет свежесть, половицы скрипят, но фасад ещё долго сохраняет свой привлекательный вид после частых косметических ремонтов, радуя глаз своего хозяина и других любопытствующих.

Старость. Частое отсутствие аппетита уже не диагноз, а скорее преследующий рецидив. Всё приелось, обычные блюда домашней пищи редко вызывают интерес, и только экзотика пробуждает лёгкую заинтересованность, ненадолго. При приёме пищи мужчины в солидном возрасте вяло ковыряют блюдо вилкой или вялой вилкой. И только одна мысль изредка терзает: «Уже я не едок».

Юмор и любовь — два самых мощных болеутоляющих.

У ясновидящих женщин,
голова начинает болеть, задолго до прихода мужа

Во сколько бы я не встала утром, проснуться удается только после 12 дня)

Ощути всю боль быть женщиной, когда перед тобой десять оттенков красного лака, и все не такие, как тебе надо.

- Прощение — лучшее лекарство от боли.
- Вот попинаю его хладный труп и тут же прощу! От всей души прощу, честно!