Первая мне шептала слова любви,
Целовала, рукою нежно меня обвив,
Обещала трепетно: «Верь мне, любая боль
Превратится однажды в твой серебристый смех».
И я слушала ее голос, ее напев,
И она была — моей — королевой нег,
И любовь моя с ней была девственной, словно снег.
Я любила ее — но она не была тобой.
Ты, второй, был мой остров и мой причал,
Моя сущность, потребность, начальнее всех начал,
И с тобой я почти забывала (почти!) о ней,
И в любви к тебе дольше вечности длился день,
И любовь к тебе становилась меня сильней,