Сносили старое, ничем не примечательное здание. Почему-то заплакала душа и слёзы навернулись на глаза. Сколько их таких неприметных, но притягательно-уютных, умиляющих взгляд, притаившихся в тени старых высоких деревьев и уютных двориках, уже снесено, сколько ещё будет разрушено в угоду разрастающемуся городу. Умом понимаю, что возможно это необходимо, а принять не могу. Наверное потому, что с некоторыми такими местами связана моя жизнь, воспоминания. Думаю не только у меня, но и у многих, кто здесь родился и вырос. С болью смотрю на псевдореставрацию памятников архитектуры. Где-то внутри возникло и противно скребётся то-ли ощущение, то-ли мысль мысль: уничтожая прошлое, мы отбираем у наших детей будущее…

Дождь в городе! Вода, вода!
Ликуют клумбы и газоны!
Витрин промытые глаза,
И рукоплещут небу клены!
Асфальт, как глянец! Фонари
Спешат в свой мутный лик вглядеться,
И никому уж от грозы,
И никуда уже не деться!
Дождь в городе! Гроза, гроза!
Не ждали мы такой награды!
Ну вот разверзлись небеса,
И мы, как все, награде рады!

Мы не от старости умрем, —
от старых ран умрем.
Так разливай по кружкам ром,
трофейный рыжий ром!

В нем горечь, хмель и аромат
заморской стороны.
Его принес сюда солдат,
вернувшийся с войны.

Он видел столько городов!
Старинных городов!
Он рассказать о них готов.
И даже спеть готов.
… показать весь текст …

Интересно, а какой город слезам верит?

к городу подкралась
скользкая зима
транспорт сходит с рельсов
а народ с ума

Брожу под луной вдоль домов…
Отчётливо слышу, как стонет мирская любовь.
Люди детей зачинают.

Пыталась убежать
Не получилось…
Ошибки исправляла…
Делала другие…
Меня обманывали,
А я все верила…
Мечтала, грезила,
Но забудется увы
Не здесь да и не в этом измеренье…
В чудо верю как слепец
Пою я оду,
Восхваляю…
Ищу…
А может быть найду…
… показать весь текст …

дУхи пустыни
дУхи ветров
раскалённые
солнцем камни
желтоватые
плиты домов
на холмах
под белым небом
Иерусалим

Города все пусты, никого не видать.
Как — то тошно, аш выть охота.
И летят души Божии в синюю гладь…
Отрываясь от вирус — болота.
Это жуть, это страх! Вмиг в зловещей тиши —
Слито в ад всё души вдохновение.
Враг незримой стрелой поразил в глубь души.
И накрыл покрывалом забвения.
А весеннее солнце в нас надежду вселяет.
Одним глазом моргнёт. И уже вдохновляет! 20.3.20

Этот город насмешливо юн и по-детски открыт —
Шебутной тонконогий птенец, сероглазый мальчишка.
У него нараспашку душа и карманы-дворы,
Он давно перерос площадей кружевные манишки.

Так порывисто-дерзок, движения жизни полны,
В укороченных улицах жмется немного нелепо
И довольно макает надкушенный крекер луны
В ледяной апельсиновый раф предрассветного неба…

Ничего, знаешь, не сбылось…
Только мысли звенят, звенят…
И дожди пролетают сквозь
Этот город и сквозь меня.
И стекают с моих волос
Огоньки на асфальт рябой.
Ничего, милый, все сбылось…
Много надо ли нам с тобой?
Это кажется только нам:
Тараканьи шумят бега.
В этом городе каждый пьян
Тем, что любит дожди, снега…
В этом городе мне легко
Над судьбою своей парить.
… показать весь текст …

В странном сне чёрно-белыми красками
Затушёваны грани витрин,
Где с надеждою и с опаскою
Я брожу мимо вечных картин.

Где приглушены цвета радуги,
Где везде один лишь сюжет —
Чернота ветвей и где под ноги
Брошен снегом нам белый цвет.

Чернота ветвей… голые стволы…
Обнажённая спит земля…
Серые дома, фонарей столбы —
В мрачном городе живу я.
… показать весь текст …

Опустел мой город -нету больше тени,
Всё это случилось за какой-то год.
Вырубили липы, вырубили ели,
И рябины все пошли под нож…

Чуть помедленнее, ДУМА, чуть помедленнее,
Мы бюджет не успеваем распилить.
Отстаём с укладкой личной плитки
И деревья заморились мы рубить.

Давно исчезли рыбки из фонтана,
Да и фонтан сам куда-то исчез,
Оставив нам аллею из каштана,
Чтобы народный сохранить психогенез.

весь день — холодный, с грязной желтизной,
ходил по старым улицам столицы:
не той, которая кошмаром снится,
а настоящей, северной, святой.

я видел, как пьянеют облака,
и дождь косыми струями ложится —
ласкают купола и морщат лица
густые струи цвета молока.

ломались тени, падали углы,
ночь билась электрическим пожаром,
и вена невского так больно упиралась
в гранитную артерию невы.
… показать весь текст …

Брошенные собаки нападают на жителей города.
Власти предлагают отлавливать, стерилизовать и отпускать их в естественную среду обитания.
Только я не понимаю зачем их стерилизовать.
Ведь собаки не насилуют, а кусают жителей города. Как стерилизация этому поможет?

Поутру напомнить себе — не спорь,
Ни с толпой, ни с собственными детьми,
Перечитывай классиков, ешь попкорн,
Удивляйся, что изменился мир
За всего-то (с хвостиком!) тридцать лет.
(Присмотреться — трещины на стене.)
И — банально — осень за летом вслед,
В декабре столицу накроет снег.
А пока — раскачиваются зонты,
Воет ветер и дребезжит трамвай,
Открывай окно, не боясь простыть
(Говорила мама — не открывай!)
А внизу — о Боже, куда попал! -
Пропотевший город дождем умыт.
… показать весь текст …

Туманен город мой. Туманен.
Он с головою одурманен.
Как в молоке предметы тонут.
Их поглощает белый омут.

А город дремлет над рекою.
Укрыт туманной пеленою.
Он убаюкан в колыбели.
И сладко спит в своей постели.

Опять встречаю я с рассветом
Его туманные портреты.
С лучами солнца — просветленье.
С ним долгожданное прозренье.

ты обречен возвращаться.
скажи «привет»
всем, кто нарушил статичность пустой души.
город твоих одиночеств включает свет,
чувствуя, что ты жив;
чувствуя каждый твой
напряженный вдох,
трогая каждый твой оголенный нерв.
город твоих одиночеств давно оглох,
чувствуя, как ты нем;
чувствуя, как ты беспомощен каждый раз,
когда чужое дыхание сбивает пульс.
город твоих одиночеств включает джаз,
чувствуя, как ты пуст;
… показать весь текст …