В загоне тесном, средь овечьих стад,
Где мысли спят в тепле неумном,
Бараны славят пастуха обряд,
И псу послушны с трепетом безумным.
Они не видят в простоте своей,
Что их удел — быть пищей для обмана,
Что волчья пасть страшна лишь для детей,
А пёс и пастырь — хуже басурмана.
Так век от века длится этот круг:
Овца дрожит пред волком в чистом поле,
Не замечая, как хозяйский друг
Её ведёт к назначенной им доле.