Проституция в основном ассоциируется с продажей тела за деньги. Но она наилучшим образом процветает в более тонких проявлениях при обычных, ежедневных обстоятельствах. Какую часть самого себя вы готовы продать (мораль, честность, интеллект, слово, тело или душу), чтобы выжить физически?

«Честь истинная — всегда в соответствии с совестью. Честь ложная — мираж в пустыне, в нравственной пустыне человеческой (вернее, „чиновничьей“) души.»

Настанет день, и час пробьет,
Когда уму и чести
На всей земле придет черед
Стоять на первом месте!

Вы слышите, как стонет мостовая
Под тяжестью неправедных шагов?
Как совесть, в темных переулках тая,
Сдается в плен безжалостных оков?

О, этот век! Не вы ли, в час рассветный,
Встречали дня обманчивый приход?
А ныне — смех, пустой и беззаветный,
И ложь висит, как тёмный небосвод.

Что ищете в толпе многоголосой,
Где честь и стыд давно уже не в счет?
В чести там не задающие вопросов
И правят там, кто громче всех солжет.
… показать весь текст …

Джентльмены вымерли, как динозавры — испарились такие качества как благородство, честь и достоинство

Если с тобой поступают несправедливо, унижают, оскорбляют твои честь и достоинство — борись! Всеми доступными тебе способами и средствами и ни на что невзирая и не оглядываясь. Защищай её, эту честь! Любой ценой. Любой! За честь раньше стрелялись. Если же ты молчишь, позволяешь обращаться с собой как с бессловесной скотиной, как с рабом, то на что же ты сетуешь? У рабов нет чести.

и когда не останется никого,
и ножей в спине будет-не счесть,
не забывай, пожалуйста, одного:
ушла тогда сама, так имей хоть какую-то честь.

Столько чести смолоду удалось сберечь, что впору начинать раздаривать.

Моя честь — это моя жизнь; обе растут из одного корня. Отнимите у меня честь — и моей жизни придет конец.

Хорошо когда дома всё есть: и ум, и совесть, и честь.

«Обычный» Подвиг

В чистом поле, на просторе
БМП дымит.
Что-то взорвалось в моторе.
Безнадежный вид.

Из кустов в конце долины
Прямо в броневик
Нам влепил из «Джавелина»
Укро-боевик.

Все ребята вроде целы,
Не из новичков.
… показать весь текст …

В степи ковыльной — ночь родилась,
Укрыв курганы темнотой,
Фигура воина осветилась
Поникнув головой седой.
В костре горят, треща углями,
Все тайны прожитого дня,
Лишь освещая языками
Черты усталого коня.
Сражений пыл отображая,
И память незабвенных лиц,
Мерцаньем в звёздах отражаясь,
Искра костра упала ниц.
И Бог Войны спросил у воина,
Огнём костра в него глядя, —
… показать весь текст …

Оставайтесь самими собой.
Ведь не будешь для всех хорошим.
Не торгуйтесь своею душой.
Мы этим себе не поможем.

Не старайтесь в угоду другим.
Запятнать нашу добрую честь.
И не станешь для них ты своим.
Это важно нам просто учесть.

Не смей!

Вновь карта бита, что ни говори…
Смолкает улиц суетливый гул.
Устало зажигает фонари
Ветрами продуваемый Стамбул.

Зари вечерней аутодафе
Не внемлет человеческой мольбе.
И лишь огни портового кафе
Зовут продрогших путников к себе.

Скрипач, достав из банки канифоль,
Подправил конский волос на смычке.
… показать весь текст …

Добродетель, которая требует постоянной охраны, едва ли заслуживает часового.

Идем толпясь, идем сбивая…
Ячейка каждого без края!
Забыв любовь, забыв суд чести,
Мы в мираже в погоне к лести.
Задев других — и не в печали,
Перечеркнув благие дали
Все для себя. Жива в нас спесь.
Проступком тем взболтали взвесь…

Чтоб не проснуться нам у мели,
Держаться будем параллели.

Не тот теряет лицо, кто ошибается, но кто упорствует в осознанном самим собой заблуждении.

Между совестью и честью есть одно существенное различие.
Совесть всегда исходит из глубины души, и совестью в той или иной мере очищаются. Совесть «грызёт». Совесть не бывает ложной. Она бывает приглушённой или слишком преувеличенной (крайне редко).
Но представления о чести бывают совершенно ложными, и эти ложные представления наносят колоссальный ущерб обществу. Я имею в виду то, что называется «честью мундира».
У нас исчезло такое несвойственное нашему обществу явления, как понятие дворянской чести, но «честь мундира» остаётся тяжёлым грузом.
Точно человек умер, а остался только мундир, с которого сняты ордена. И внутри которого уже не бьётся совестливое сердце

«Мой отец военный, мы жили всегда в военных городках, мама всегда хотела жить в большом городе. И папа шёл и увидел на доске объявление — обмен нашего городка на Киев, на Оболонь. И они поменяли трёхекомнатную квартиру на двухкомнатную на Оболони. Это было в девяностые годы. Я к ним приезжал, в Киеве много раз выступал, Киев мне очень нравится, красивейший город, друзей было много… В 2001 году отец ушёл, я его похоронил на Лесном кладбище в городе Киеве, А в пятнадцатом ушла моя мама, 9-го мая в…
… показать весь текст …